— Почему торговцы жалуются на платные дороги в баронстве? — спросил Теоден, готовясь отклонить жалобу.
— Это новая дорога в Калдерру, она прекрасная, сокращает путь на восемь-пятнадцать часов, и телеги по ней не ломаются. Раньше дорога была бесплатной, но недавно там установили заставу, как только все привыкли ею пользоваться, — пояснил Илвар. — И проезд стоит недешево.
— Барон имеет на это полное право. Не нравится — пусть объезжают, — отмахнулся герцог.
Может быть, повышение налогов не такое уж плохое решение? Жители слишком расслабились, жалуются по любому поводу, а ведь условия в его герцогстве значительно лучше, чем в других частях королевства.
Если у кого и был шанс установить прочное сотрудничество с Терезией, так это у герцога Дрейгорна.
— От гильдии торговцев приходило повторное прошение на закупку больших партий соли из Синей Трясины, — с усмешкой, сказал Илвар. — И не только соли. Производство там стабилизировалось.
За эти месяцы Теоден почти забыл о своей дикой соседке, он едва мог вспомнить ее бледное лицо, но хорошо помнил глупые и отчаянные поступки.
То, что безумная девчонка продолжала жить на болотах, очень удивило его. Видимо, барон в итоге поддержал жену, раз уж она всерьез решила жить на вдовьем наделе.
— Я не меняю своих решений.
Семейство д’Арлейн раздражало его всё больше.
Слухи о том, что Теоден будто бы почти соблазнил Ариадну, распускались сестрой камергера Его Величества или же её матерью, и эти слухи выводили его из себя.
Несмотря на положение Кайроса д’Арлейна при дворе, Ариадна была слишком низкородной для герцога, и подобные слухи казались ему нелепыми.
Хотя упорству этого семейства можно было только позавидовать.
Теоден уже собирался отправиться ко сну, когда служанка сообщила ему о посетительнице. Он встретил девушку в гостиной, намереваясь прогнать её, но она попросила лишь одну ночь.
Одну единственную ночь.
У него не было женщины уже три месяца.
Герцог избегал каких-либо связей во время тура, зная, что все участники сопровождения преследовали свои цели, плетя интриги.
Женщины для многих были лишь средством манипуляции, и Теоден не хотел иметь с этим ничего общего.
И сейчас, после трёх месяцев воздержания, он не смог отказать.
Бьянка немного похудела, но была все так же красива, её мягкая, тяжёлая грудь оставалась такой же соблазнительной на ощупь, а тело — податливым. Он терял голову, сжимая её бёдра, вбиваясь в её тело, сбрасывая напряжение, накопившееся за долгие месяцы.
Он не менял своих решений.
