Но могу…
Её откровение порвало ещё одно тело, оказавшееся с другой стороны кровати. О-о-о! Оно тоже женское! В темноте не вижу, только догадываюсь, кто ещё мог покуситься на безмятежный сон Данилы Горюнова.
— Я просто полежу рядом, — тихонечко говорит Воскресенская, нежно целуя в щёку.
— Зойка! — уже не шепчет, а шипит Светлана. — Ты чего сюда припёрлась? Я первая!
— Вот первая и сваливай. Дай нервы успокоить.
— А у меня что? Не нервы?
— Как подруга прошу. Отстань от Данилы.
— Девочки, а я вам не мешаю отношения выяснять? — в какой-то момент встрял я в их перепалку, чувствуя себя, мягко говоря, охреневшим.
— Нет, — хором ответили они.
— И перестань возбуждаться. Мы не одни, — положив свою ладонь под одеялом чуть ниже моего живота, добавила Света.
— Это он на меня, — возразила ей Зоя, чья рука оказалась в том же самом месте.
— Отставить! — прохрипел я в ответ, понимая, что ещё немного и не сдержусь. — Выбрали время. Сейчас всех перебудим.
— Уже разбудили, — раздался недовольный голос Алана с соседней койки.
— Учтите! Начнёте трахаться, свет включу, и мы вас советами замучаем! Я же потом лично доложу инструктору про неуставные сексуальные отношения. А за них, как знаете, наказание прилетит серьёзное!"
"— Спасибо, брат! — искренне поблагодарил Борсиева, чувствуя, как ладошки подружек-соперниц моментально убрались от важного для меня агрегата.
— Не за что, брат. Хотя я не для тебя старался. Просто завидно очень.
Так я и уснул, целомудренно прижимая к себе двух девушек. Сны, правда, были абсолютно неприличные.
Снилась то каждая по отдельности, то обе сразу. Утром, во время побудки, понял, что лежу один. Ну и слава богу! Хотя… Может быть, и тупень. Такой шанс предоставился, и не воспользовался им. Надо потом будет поразмыслить на досуге, как вести себя с ними. Если, конечно, сдам экзамен.
Общее построение претендентов на плацу. Сегодня не вижу знакомых инструкторов, и это немного бьёт по нервам. Лишь только полковник Якутов стоит на трибуне, мрачно осматривая шеренги будущих курсантов.
— Вот вы и добрались до своего первого рубежа, — как-то грустно произносит он. — Зря. Думал, что больше отсеется. С другой стороны, молодцы. План экзамена прост. Вначале общая полоса препятствий. Ничего для вас нового: кросс в полной боевой выкладке сорок километров. Считайте это разминкой. Потом полоса препятствий. Вы привыкли к простой, но сейчас она будет под обстрелом. Неприцельным, хотя и боевыми патронами. Прилететь может любому на всём протяжении полосы.
