Себя задачу поставил простую: отстреливаю тех зараз, которые наиболее опасны для пленных. Хотя пленными бойцов уже нельзя называть. Как только в их руках оказались гоблинские винтовочки, они сразу же открыли огонь.
Дальше за происходящим стало наблюдать совсем интересно. Группа Якутовой быстро миновала препятствие в виде лежащих на боку вагонов. Одарённые хреначат своими способностями, время от времени прибегая к помощи мечей и огнестрела. Ну а простые солдатики шмаляют из-за укрытий, стараясь не приближаться к гоблинам на расстояние ментального удара.
Такой массированной атаки на себя харки не ожидали, поэтому растерялись и стали отступать, лишённые нормальной связи и командования. Причём отступают в нашу сторону.
- Уходить нам надо, - предложила Палкина, убирая от глаз бинокль. - Затопчут такой толпой.
- Затопчут, - согласился я. - Но проблема в том, что в округе это единственная возвышенность. Харки не дураки и обязательно займут стратегическую высоту для нормальной обороны.
- Будем удерживать?
- А ты как считаешь?
- Это самоубийство, но других вариантов не вижу. Данила, ты лучше уходи, а я одна останусь.
- С хрена ли?
- Ну… Скажем так: ты был прав, и я владею небольшим арсеналом приёмов из различных Даров. А с твоей винтовочкой особо не навоюешь. Смысл умирать вдвоём?
- Ничего. Вместе не так скучно. Тем более, что я ещё могу ускориться, а у тебя силёнок мало осталось.
- Уговорил, языкастый. Передаю Якутовой, чтобы к нам поторопились.
Как только противники достигли подножия холма, то Вера сразу же накрыла их двумя внушительными фаерболами.
Урон невелик оказался, но внезапная атака заставила зелёных приостановиться и залечь.
Дальше на нашу позицию обрушился настоящий ад. Не можем даже голов поднять. Когда стрельба немного стихла, я вошёл в ускорение и стал прицельно выпускать одну пулю за другой, а Верка запустила парочку ледяных копий."
"Поняв, что противник на холме малочисленнее, твари осмелели и полезли в атаку.
С одной стороны это хреново. Но с другой - стреляют аккуратно, чтобы не задеть своих. Вот показались рядом с нами первые зелёные. Из последних сил Палкина снова вошла в ускорение, и началась реальная схватка.
Я не помню, сколько времени она длилась. Разряженная винтовка уже отброшена в сторону. В одной руке серп, а в другой пистолет. Вера, получив несколько пуль в грудь, лежит, не шевелясь. В надежде, что она ещё жива, стараюсь держаться около девушки.
