- Теперь могу быть свободен или разговор не закончен?
- Идите, сержант Горюнов. Времени до отправления сутки, а вам нужно ещё кое-какие дела с боевыми товарищами доделать.
Почти дойдя до двери, остановился и молча уставился на следователя.
- Что ещё? - недоумённо поинтересовался он.
- Жду вопроса с подковырочкой, Илья Сергеевич. Вы любитель задавать их в спину, когда собеседник уже расслабился. Самое время, по-моему.
- Горюнов! А вы мне всё больше и больше нравитесь! Не думали перейти к нам в СБ? Обещаю, что после обучения возьму вас под своё крыло.
Воспитаю, так сказать, ценные кадры лично. И по службе хорошо продвину.
- Спасибо. Обязательно посоветуюсь насчёт вашего предложения с генералом Ростоцким и полковником Якутовым.
- Ну нет, так нет, - с виду легко, но с явным сожалением во взгляде отступил Комов. - А вопрос у меня напоследок действительно один остался. Почему вы не поинтересовались судьбой своего отца? Понимаю, почему капитан Горюнов на сына злится, но не вижу причин вам его отвергать.
Не чужой же человек и столько раз вас за уши из неприятностей вытаскивал. Откуда такое равнодушие?
- У нас с ним джентльменская договорённость, - не очень уверенно ответил я, не ожидая, что прилетит с этой стороны. - Из Рода меня не убрали официально. Но неформально больше никого отношения к нему не имею.
- Понимаю… Извините. Можете идти.
Всю дорогу до расположения шестой роты шёл в задумчивости. И волновала больше не поездка в Ярославль, где, несомненно, меня возьмут в оборот, а нечаянная встреча с папашей.
Не верю я в такие совпадения. Допустить, что из резерва выдернули на фронт - это легко в голове укладывается. А вот то, что он оказался именно в том месте, где воюю я… Извините, не наивный чукотский мальчик.
Есть серьёзное подозрение, что: либо сам Комов, либо кто-то другой высокопоставленный очень во мне сомневается и специально устроил подобную родственную провокацию. Конечно, не около горящего танка должны были сойтись с отцом этого тела, но встреча обязательно случилась бы.
Для чего? И последняя ли?
Нужно смотреть. Допускаю, что карта родственных связей ещё не до конца ушла в отбой. Наверное, стоит немного пересмотреть своё отношение к родственникам, а то слишком неправдоподобно со стороны выглядит подобное отчуждение."
"Весь табор уже был на месте, суетясь около блиндажа. Увидев меня, ромалы кинулись радостно обниматься, наперебой рассказывая о том, как их пыталась расколоть “кровавая гэбня”. На лицах парней явное облегчение.
