Мы громко заржали и двери распахнулись.
— Молодые люди, вы в больнице, ведите себя тише, — ворчит какая-то старушка в белом халате, с коробкой в руках и заходит в лифт.
Подходим к посту.
— Здравствуйте, — мило улыбается Миха симпатичной медсестре.
Она тут же расцветает и улыбается в ответ.
— Нам нужна девушка, красивая, блондинка. Поступила вчера примерно в 9 часов вечера. Элеонора Владимировна.
— Есть тут такая. Но, к сожалению, к ней не пускают, — улыбка испарилась, а её милое личико превратилось в притворно-грустное.
— И почему это? — моё лицо немного омрачается, но я не теряю надежды.
— Потому это, — хихикает и прикусывает конец ручки зубами, как бы заигрывая с нами.
Мы с Михой переглядываемся. Он неожиданно достаёт из кармана плитку дорогого чёрного шоколада и, используя весь свой шарм и харизму, медленно ведёт ей по столу. Как будто делает что-то запрещённое. Она сексуально прижимает указательный палец к нижней губе и многозначительно на него смотрит.
— Любой человек, делящийся полезной информацией, должен быть вознаграждён, — подмигивает ей.
— Получите свою дозу дофамина, дорогуша.
По её похотливым глазам видно, что шоколад — это не то, что она хотела. Ну, Миха, чёртов Ловелас. Толкаю его, чтобы он уже перестал с ней играть в гляделки."
"— Ну так что, «дорогуша»? — выделяю интонацией слово.
— Мне нельзя говорить, но… — прикрывает сбоку рот ладонью и продолжает шёпотом, — нам сказали, что её преследует какой-то маньяк, и было распоряжение, чтобы никого к ней не пускать.
Даже охрану приставили.
— Маньяк? Какой ещё к чёрту маньяк? — испуганно смотрю на Миху.
— Серый, — запрокидывает голову и цокает. — Ты маньяк!
Лыбится, как дурак. Медсестра в недоумении.
— Так это Вы? — девушка широко раскрывает глаза от удивления, — так-то вроде не похожи. С виду приличные мужчины, — косится и продолжает внимательно слушать наш разговор.
— Охрану он приставил, ты прикинь! Серьёзно настроен, зараза.
— Ещё и наплёл про тебя всякую дичь.
— Что вы имеете в виду? — интересуется медсестра.
— Передайте, пожалуйста, этот букет Элеоноре Владимировне. Скажите: от горячо любящего её Сергея.
— Серёга, так нельзя. Она реально подумает, что ты маньяк. Мало ли что этот ей наговорил.
— Да ты посмотри, как обложил! Не подойти, — злость охватывает меня.
— Прекрасная, как Вас зовут? — Миха вежливо обращается к девушке.
— Катя, — улыбается.
— Катенька, — продолжает он, берёт у меня букет и вручает ей.
