Если Вам интересно, у Вас будет внучка, — Алла Леонидовна оживилась, — и я не собираюсь просто так сдаваться.
— Господи, то никого, то сразу двое, что же будет-то?
— Что значит двое?
— Эта вон, тоже беременная, — взмахивает руками, — тест только что не делали, ой, опять не то несу…
— Игорь и жену заставляет тест делать? То есть Эля беременна?
— Беременна, беременна, — отмахивается Алла Леонидовна.
— Он мне говорил, что он с ней ребёнка заделает… Но я не знала, что уже.
— А ты, Неля, готовить умеешь? Постирать, пол помыть? Не белоручка? А то вон, выглядишь как фифа, может, на шею мне сядешь?
Я знала, что мать Игоря — непростая женщина, но чтобы до такой степени…
— А Вы, простите, с какой целью интересуетесь?
— Это на тот случай, если Игорь заберёт тебя с ребёнком жить к нам.
— К нам, это к кому?
— Ну должны же вы будете где-то жить, отдельно снимать не целесообразно, переедете в мою квартиру.
— Вот это прямолинейность, — подумала я.
— Послушайте, я не знала, что жена Игоря ждёт ребёнка… я бы сто раз подумала, приезжать или нет.
Я думала, что она просто сходила налево, и приехала подтолкнуть её к любовнику, чтобы освободить себе место.
— Ты об этом не переживай. Мы её подтолкнём.
— А как же ребёнок?
— Это не моя внучка, — шепчет Алла Леонидовна.
— Как это, не ваша внучка? — наконяюсь к ней, говорю тише.
— Они хотят повесить на меня этого беспутка, но мне чужие внуки не нужны. Ты лучше уходи сейчас, — продолжает Алла Леонидовна. Я сама с ней поговорю.
Похищение
Открываю глаза. Я на кухне, на диване. Алла Леонидовна рядом, читает книгу.
— Я долго спала? — пытаюсь встать, нет сил.
— Уже вечер, — безразлично выдавила она.
— Неля ушла?
— Давно.
— Чего она хочет?
— Что бы ты хотела, будь беременна от любимого? — выдала Алла Леонидовна
— Вы хотите сказать, что последнее время я не любила своего мужа?
— Я хотела сказать, что… — тут она замялась, не зная, понравится ли Игорю то, что она хочет сказать.
— Ну?
— Скоро приедет Игорь и решит, что с вами делать.
Я замолчала и уставилась в окно, словно пыталась уловить что-то важное в сером пейзаже за стеклом. Дождь, тонкими нитями струящийся по стеклу, казался мне слезами неба, которое разделяло мою внутреннюю растерянность. За окном ветер играл с деревьями, как дирижёр с оркестром, заставляя их склоняться и танцевать под мелодию моросящего дождя.
Внутри меня странная пустота. Я пытаюсь понять, почему не испытываю ревности.
