Уходя, он так дверью хлопнул, что Марина поневоле вздрогнула, а потом на отца обернулась. Тот стоял, руками в дверной косяк упираясь, а выглядел мрачным.
— И что? Ты думаешь, на этом проблемы закончились?
— Я не знаю, пап. Но для себя я ставлю точку."
"Ушла в спальню, и дверь за собой заперла. Отец, наверное, из-за этого ещё больше распереживался, но сил на разговоры у Марины не осталось. Наверное, нужно было к детям заглянуть, проверить, чем они занимаются, а у неё горло перехватило, и усталость безумная накатила, до кровати добралась и легла.
Димкину подушку к себе прижала и поклялась, что принимать близко к сердцу злые слова Игоря не будет. И плакать не будет. А Димка обязательно вернётся домой. К ней. Может, она и не слишком досконально узнала все закоулки его души, но одно знает точно — ему нужен дом, он остро в нём нуждается. А дом там, где она и дети.
В дверь осторожно постучали.
— Марина, у тебя всё хорошо? — поинтересовался Стеклов.
Она глубоко вздохнула, загоняя рыдания подальше, слёзы вытерла, и, стараясь говорить спокойно, ответила:
— Да, папа, всё хорошо.
Я полежу…
Марина слышала его шаги, отец от двери отошёл, а она на часы посмотрела. Больно кольнуло в самое сердце, поняла, что терпеть уже невозможно. Телефон взяла, приподнялась на локте и телефонную книжку полистала, нашла номер московского офиса. И только откашлялась, пока в трубке ещё гудки слышались.
— Офис торговой компании ""Стелс"", приёмная Грановича. Я вас слушаю.
— Девушка, здравствуйте.
Я вам уже звонила… Дмитрий Алексеевич на месте?
— Нет, он ушёл минут десять назад.
Марина даже руку в кулак сжала, так расстроилась.
— Хотите, что-то передать ему?
— Нет, — чуть слышно проговорила Марина, а потом вдруг передумала и громче сказала: — Да, передайте ему… Передайте ему, что его дома ждут.
Повисла пауза.
— Дома? Так и передать?
— Так и передайте. Он поймёт. Я уверена…
Антон свесился через перила и простонал:
— Есть хочу!
Марина оглянулась на него, посмотрела умоляюще.
— Потерпи ещё. Сейчас дедушка придёт, и сядем за стол.
Антон всё-таки с лестницы спустился и дошёл до кухни. Вытащил у матери из-под рук половинку огурца.
— Я голодный, у меня жизнь трудная, мне нужно восстанавливать силы.
— Да ты что? — Марина даже рассмеялась и по волосам его потрепала. А потом попросила: — Достань из холодильника ещё один огурец.
— И мне! — Эля влезла на стул и с любопытством посмотрела на разделочную доску.
