Позади меня открытая дверь, высокий молодой мужчина в строгом костюме смотрит внимательно, но в нем нет сексуального интереса, это другое.
— Через пятнадцать минут вас ждет у входа автомобиль, прошу не задерживаться, хозяин этого не любит.
Хозяин. Как странно звучит.
Его хозяин или уже мой?
ЧАСТЬ 6
Зашла обратно в гримерную, несколько секунд просто стою, смотрю на коробку, обвязанную ярким розовым бантом.
— Что это? — обращаюсь к ведущему, мужчина отрывается от бумаг, оборачивается.
— Да, совсем забыл, покупатель просил вас одеть во что-то приличное, здесь платье и белье, туфли.
Мы всегда готовы к такого рода просьбам. Примерьте.
— Какая разница, в чем я буду одета? Купили не это.
— Девушка, это прихоть покупателя, можете не одевать, мне все равно, организаторы аукциона получили свои проценты, часть суммы переведена на указанный вами счет, вы можете убедиться в этом сами.
Подхожу ближе, заглядываю в открытый на столе планшет, вижу только суммы и первые цифры счета.
— И вот еще, нужно подписать эти бумаги, что вы не имеете никаких претензий к ходу аукциона и его организации.
И что организаторы не несут ответственности за дальнейшие последствия.
И о последствиях я знаю. Я не имею претензий.
Они у меня лишь к самой себе и к этой долбаной жизни, в которой нет правды и справедливости, в которой никто не может помочь в лечении ребенка. В которой мать отрекается от дочери в тот момент, когда отчим ее домогается. Когда сводные братья оказываются теми еще подонками, такими же как их отец.
Нет, у меня нет претензий к аукциону.
Сжимаю кулаки до боли в суставах, глотаю накатившие слезы.
У меня есть претензии к человеку, в которого я была влюблена как сумасшедшая, думая, что вот оно — мое счастье, судьба и свобода, но нет, любви нет тоже. Я и моя дочь никому не нужны в этом мире, разве что бабуле.
— Да, хорошо.
Подписываю бумаги практически не глядя. Ну что там еще могут придумать? Чтоб я продала вместе с девственностью и почку? Так я хотела, по критериям не подошла.
Мужчина уходит, я остаюсь одна, открываю коробку, снова смотрю, но уже на ее содержимое. Там платье цвета пепельной розы, нежная ткань, приятная на ощупь, под ним нижнее белье телесного цвета, чулки и кружевные трусики, сбоку туфли на высокой шпильке, я сто лет не носила такие.
Любая девушка придет в восторг от такого подарка, у меня таких никогда не было. Но это все не про меня и не для меня.
Оставляю коробку открытой, сама одеваюсь в свою одежду.
