Он-то по наивности думал, что специалист глянет и приведет все в порядок за десять минут, и тогда он сможет сесть за перевод и наверстать хотя бы то, что пропало вчера. А тут, судя по всему, корпеть придется не один час.
Он выехал на своем кресле в гостиную и увидел Настю, входящую в сопровождении помощника. Сегодня она показалась ему еще красивее, и он с удивлением ощутил, как заколотилось сердце. «Этого еще не хватало, – сердито сказал сам себе Владимир Александрович. – Ну-ка возьми себя в руки».
– Андрей, побудьте с Мариной, вдруг ей что-то понадобится.
И предложите ей чай или кофе, если дело затянется.
– С Мариной? – удивленно переспросила Настя. – У тебя гости, Соловьев? Именно поэтому ты так настаивал, чтобы я приехала вчера, а не сегодня?
– А ты уже ревнуешь? – улыбнулся он. – У меня компьютер полетел, пришлось вызвать мастера. Я не виноват, что это оказалась прелестная молодая особа.
– Зачем тебе мастер? – Настя пожала плечами. – Сказал бы мне.
– А ты разбираешься в компьютерах? Ты же юрист, а не технарь.
– Разбираюсь. Так получилось. Прошла у мужа курс обучения. Так что имей в виду на будущее.
– Спасибо. Ты голодна?
– Не очень. Но кофе выпила бы.
– Тогда пошли на кухню.
– А как же твои барские замашки? – насмешливо поддела она. – Почему бы тебе не позвать для этого помощника Андрюшу?
– Пусть посидит в кабинете. Я не хочу, чтобы посторонний человек оставался там один, – пояснил Соловьев, испытывая внезапную неловкость от собственной подозрительности.
– А у тебя там мировые секреты? Или несметные сокровища?
– Ни в коем случае, – рассмеялся он.
– Просто не люблю… Не знаю даже, как это объяснить. Не люблю, и все.
– Бывает, – кивнула Настя.
На кухне она сварила кофе, и они снова вернулись в гостиную. Разговор не клеился, и Соловьев недоуменно размышлял о том, почему так настойчиво просил ее вчера приехать и откуда взялась у него уверенность, что он скучает по Анастасии. Вчера скучал, это верно, и сегодня утром тоже, ждал ее приезда, радовался.
А вот она здесь, и разговаривать вроде бы не о чем. Или дело все в том, что она не расположена к разговору? Устала, расстроена, сердита? Просто удивительно, как сильно она изменилась. Тогда, много лет назад, она была вся открыта ему навстречу и оттого понятна и проста. А сейчас он совершенно не понимает ни мыслей ее, ни побуждений. И даже не знает, о чем с ней разговаривать.
– Ты прочитала мою книгу? – спросил он, чтобы хоть как-то поддержать увядающий разговор.
