– А я уж подумал было, что ты собираешься защищать своего друга Соловьева, которого обидели плохие жадные дядьки-издатели.
Краска бросилась ей в лицо. Он не прав, она совершенно не думала при этом о Соловьеве. Более того, судя по уровню его благосостояния, издатели его не обижали. Но Лешка все равно заметил, что-то заподозрил и насторожился. Даже обиделся, кажется. Какая же она неуклюжая! Черт ее дернул за язык обсуждать с ним эти книги!
– Ты не прав, милый, – сказала она ровным голосом. – Соловьев не имеет к этому никакого отношения.
Просто случайно совпало, что речь в данном случае идет о его книгах.
– Хорошо, – легко согласился он. – Не имеет так не имеет. Какие у нас планы на субботу? Опять на работу пойдешь?
– Нет, завтра я дома. Мне надо на компьютере поработать.
– А когда к Соловьеву следующий визит?
– Леша!
– Что ты, Асенька, я спокоен, как ископаемый мамонт. Просто надо определиться с машиной. Когда она тебе понадобится?
– Если ты не возражаешь, я хотела бы поехать в воскресенье днем.
Но если тебе машина нужна, я могу поехать завтра или в понедельник.
– Поезжай, как планировала, – кивнул Алексей. – Я в воскресенье буду дома.
– Спасибо.
За столом возникло напряжение, и Настя судорожно пыталась придумать, как его снять. Но ничего оригинального в голову не приходило."
"– Леша, я не могу видеть, как ты терзаешься, – произнесла она решительно. – Я уже говорила тебе, что речь идет о попытке раскрыть тяжкое преступление. Погибли девять юношей, которые перед этим исчезли из дома.
Где-то в Москве или области живет монстр, который держит их взаперти, пичкает наркотиками, спит с ними, пока они не умрут от передозировки. Он сумасшедший, он маньяк. Каждый день я с ужасом жду, что придут еще одни родители и заявят об исчезновении еще одного паренька. У меня есть одна-единственная зацепка, и она связана с тем местом, где живет Соловьев. Я не могу не ездить туда, пойми. Это моя обязанность. Это мой долг перед несчастными родителями, которые месяцами ищут сына, а находят его мертвое тело.
Но твои переживания для меня не менее важны. Ты мой муж, я люблю тебя, и для твоего душевного спокойствия я готова сделать очень многое. Я не хочу, чтобы ты изводил себя беспричинной ревностью. Но если ты не можешь остановиться, тогда придется остановиться мне.
– Что ты хочешь сказать?
– Я перестану ездить к Соловьеву.
– А как же мальчики? И их родители?
– А никак. Пусть маньяка ищет кто-нибудь другой, у кого муж не такой ревнивый.
