Чем больше их услышит эту новость, тем лучше.
— И что будет дальше? — с нездоровым любопытством поинтересовался Синаххериб и задержал чашу с финиковой бражкой у рта, ожидая мой ответ.
— То, что сказал бог Яхве, — ухмыльнувшись, произнес я и отпил из своей сладковатый напиток, к которому уже начал привыкать. — Тебе останется только подождать, когда иудеи выполнят его волю.
37
С южной стороны склон горы, на которой расположен Урдавид, он же Уршалимму, он же Иерусалим, самый крутой, поэтому там самые малочисленные караулы, но они есть и службу пока несут более-менее исправно.
Из нарушений устава разве что разговоры от скуки или чтобы не заснуть. Это помогает мне ориентироваться в темноте. Одетый во все черное и в маске, я с помощью «кошки» забрался на стену. На сторожевом ходе пусто. Эта куртина длиной метров тридцать пять, и днем на середине нес службу часовой. Сейчас нет никого. Видимо, торчать в темноте одному страшновато, поэтому переместился в башню, где болтает с тремя сослуживцами. Ползком я пересекаю сторожевой ход шириной метра три с половиной, спускаюсь в город без помощи спецсредств.
Внутренняя сторона крепостной стены выложена небрежнее, чем внешняя. Между камнями выемки, некоторые выступают или сильно углублены. Внизу тихо и пусто. Нет, блымнула зеленоватыми глазами кошка и отправилась дальше по своим делам. Ей осада фиолетова и параллельна. Мышей мы точно не отнимем у нее.
Обратил внимание, что у нынешних семитов много кошек и очень мало собак, а в будущем и вовсе станут грязными животными, к которым западло прикасаться.
Не знаю, почему. Собак в основном держат люди других национальностей, чаще хетты. У кочевников-семитов встречаются, особенно у тех, что пасут баранов. Таких мало в южных регионах, примыкающих к пустыням. Тут чаще держат верблюдов, за которыми не надо гоняться и которые сами за себя могут постоять против тех, с кем справится собака. Может быть, не любят этих животных, потому что прокормить нелегко, а проку, вроде бы, мало, что для жадных иудеев важная причина; может быть, таким способом отрекаются от предков-кочевников; может быть, у них просто психологическая несовместимость с верными, преданными.
Другое дело кошка, которая сама по себе, действует строго из личных корыстных побуждений, и тратиться на нее не надо, разве что порой кинешь объедки со стола."
"Я перемещаюсь в рваном ритме, плавно и бесшумно. Я не человек, я бестелесный злой дух, привидение, я нечистая сила, от которой надо держаться подальше.
