А скандская конница внезапно напала на ромеев и те, опасаясь принять бой в чужих землях с воинственными каменными воинами, бежали к своим кораблям, но обнаружили одни обгоревшие остовы. Многие из них разбежались и попрятались в прибрежных лесах, а многие потонули, в отчаянии бросаясь в ледяную воду.
За землею бритов исполина настиг суровый месяц Студень и путь в Великий океан закрылся: из Арвагского моря полунощным ветром несло скрытый под водой лед, а то целые ледяные поля и горы, сквозь которые не смог бы пройти даже ледовый хорс.
Кое-как пробившись к необитаемому, а значит, безопасному острову, Космомысл отыскал подходящий залив и встал на зимовку. Перед ним лежал океан, на просторах коего был заветный и незнаемый остров Молчания, однако он ничего не ощущал, кроме чувства мести ромеям да щемящей тоски по родному дому, куда теперь не мог вернуться. Не радовала его и будущая жена – неведомая поленица, и даже то, что дети его станут бессмертными, ибо вечная жизнь для смертного невообразима и потому непонятна.
Все это, напротив, печалило Космомысла и он нашел бы много хитростей, чтоб избежать женитьбы, тем паче, изгнанный братом и лишенный обратного пути, но нельзя было нарушить волю отца, которая у арваров считалась выше, чем воля богов.
Он и не собирался идти против его воли, но вздумал прежде отомстить ромеям: после того, как море освободится от льдов, пойти назад и, тайно обратившись к скандским князьям, взять у них дружину и собрать герминонов, что сидят по лесам.
Ромеи были уверены, что эти два народа никогда не смогут объединить свои силы против них, ибо разделяя варваров, они постоянно натравливали их друг на друга, а герминонов и вовсе раскололи на левобережных, которые служат императору, и вольных правобережных, вынудив воевать между собой. Поэтому появление союзной дружины под предводительством уже известного ромеям Космомысла привело бы их в оцепенение, так знакомое по прежнему походу.
А тем временем, затворив устье Рейна, исполин намеревался пожечь ромейские корабли, еще стоящие на зимовке у берегов, поразить наемников-бритов, охраняющих границы – лимесы левого берега, и тогда откроется путь к слабозащищенной столице провинции, где находится наместник.
Задумав такую месть, Космомысл с нетерпением ждал срока, когда стрибожий внук, полуденный ветер, нагонит теплые волны океана и разобьет льды, чтоб отправиться к берегам скандов.
