Это помогало хоть как-то дистанцироваться и соблюдать служебную дисциплину и субординацию.
А вот последним моим щитом, пожалуй, было имя. Наверное, если я когда-либо позволю ему назвать меня Эстелией, это будет значить намного больше, чем свадьба и сотня признаний в вечной любви.
Флоренс — это просто набор букв. Для меня оно ничего не значит. С ним не связаны счастливые моменты моей жизни и болезненные, жуткие воспоминания. В нём нет меня… это всего лишь маска, выданная мне мистером Дудлем.
Такая же пустышка, как и образ певички Летиции, которой я притворялась в клубе. А Эстелия — это моя жизнь, моё прошлое, моя душа. И сейчас я не готова подпускать его настолько близко к последнему барьеру.
Мы итак слишком быстро сблизились. Нет, нужно остановиться, сосредоточиться на расследовании…
— Как скажете, — улыбнулся оборотень, заметив мои душевные терзания. — Вы не возражаете, если я включу музыку?
Музыку? Почему бы и нет, заодно узнаем, что он слушает.
Хотя, судя по лежащему на кресле саксофону, ответ был один — джаз."
"— Не возражаю, — пока Джаред искал нужную пластинку, я пыталась понять, куда поставить коробку с Хранителем.
Антикварный стол, шкаф под виниловые пластинки, мини-бар, дорогая, но при этом надёжная и выполненная без каких-либо изысков мебель, отсутствие мелких предметов, которые так любят расставлять на полочках леди любых возрастов.
Если во время первого беглого осмотра у меня ещё оставались сомнения, кто занимался обустройством квартиры, то сейчас я окончательно убедилась, что никаких дам до меня сюда не пускали.
М-м-м… вроде бы мелочь, но как приятно ощущать себя первопроходцем!
— Думаю, Варди мы пока оставим здесь, — сказала я, водрузив коробку с паучком на дубовый стол, — не возражаешь, дружочек?
Паучок не возражал. Вновь взмахнув лапками, он юркнул внутрь, умудрившись закрыть крышку обратно.
— Кажется, нашему другу понравился новый домик, — хмыкнул оборотень, подойдя ближе.
Свет стал приглушеннее, а по гостиной разлился тягучий мелодичный джаз. Что ж, в музыкальных пристрастиях Джареда я не ошиблась. Будем надеяться, что и в остальном я была права.
— Рискнул выбрать вино на свой вкус, — по губам двуликого скользнула лукавая улыбка, а в голосе проступили бархатные, мурлычащие нотки.
М-да… оборотня ничего не исправит… ни тяжёлая работа, ни хроническая усталость.
