— Господа, — сказал он, отметив, что все пятнадцать аристократов его внимательно слушают, — следите завтра за Орловым. Я хочу, чтобы вы торговались за интересные ему лоты и перебивали цену. Денег я дам.
Глава 10
Сердце пропустило удар и заколотилось быстрее, едва я увидел доспехи на стенде. Кираса-торакс, поножи, щит, шлем и кинжал. Весь комплект сиял, словно только вчера я снял его после битвы. Даже патина времени не скрыла характерный отблеск бронзы.
В памяти всплыли картины далёкого прошлого. Я помнил каждую вмятину на этих доспехах, каждую царапину.
Вон след от удара топора берберского вождя. Тогда лезвие соскользнуло по бронзе на груди, не причинив вреда. А та вмятина на левой лопатке от булавы нубийского князя, когда мы схватились в песках у второго порога Нила.
Пять тысяч лет… Пять тысячелетий прошло с тех времен, когда я только начинал свой путь. Молодой, дерзкий, жаждущий славы воин. Именно в этих доспехах я прошел свои первые битвы, заработал первую репутацию.
Ведущий продолжал вещать о редкости и уникальности лота, но я едва слышал его слова.
Взгляд жадно впитывал каждую деталь экипировки. С нынешним уровнем силы я бы мог использовать этот комплект, пусть и не в полную мощь. Не хватало целостности духа. Слишком много его частей пока разбросано по миру."
"— Начинаем торги с пяти тысяч рублей! — голос распорядителя вырвал меня из воспоминаний. — Кто больше?
Зал отреагировал вяло. Несколько табличек поднялись неуверенно, словно их владельцы сами сомневались в целесообразности трат.
Я их понимал. Покупать артефакт с неизвестными свойствами, все равно что кота в мешке приобретать. Теперь я понимаю почему такое название у лотов.
Торги шли неспешно. Цена перевалила за десять тысяч, когда я решил включиться.
— Одиннадцать тысяч, — поднял табличку я.
— Двенадцать! — тут же отозвался тот самый аристократ в синем костюме, что буравил меня взглядом ранее.
— Двенадцать тысяч от господина Комарова! — объявил распорядитель, указав на неизвестного.
Ставки поползли вверх.
К нашей дуэли присоединились еще несколько участников. Я старался держать темп, но когда цена достигла двадцати тысяч, решил притормозить. Нужно приберечь деньги. Впереди еще много лотов.
— Двадцать пять тысяч! — выкрикнул снизу какой-то граф. Его лицо раскраснелось от азарта, руки подрагивали. Кираса явно привела его в необъяснимое возбуждение.
— Раз… два… три! Продано графу Державину!
Я откинулся на спинку кресла. Ничего, кираса не самая важная часть.
