Насухо вытерев мальчишку, я натёрла его грудь согревающей мазью и сказала отцу одевать мальца. Не до конца, верхнюю одежду не надо. Как только ребёнок сел на скамью, рядом с папой, я поставила перед ним кружку с чаем и пошла собирать лекарства.
Немного мёда, пару долек лимона, мята, согревающая мазь…
Я растерянно огляделась. И на чём мне писать инструкцию? С бумагой здесь всё плохо, но может хоть что-то найду? В любом случае, у Владимира, думаю, можно купить листы."
"А сейчас же, достала маленькую бумажку из сундука и мелко расписала инструкцию.
Так же повторила её вслух, чтобы отец запомнил и передал жене. Или не передал, не знаю. Это уже не моё дело.
Как только маленький пациент допил чай, я отправила ночных гостей домой. Положим на стол медяшки, тоже пошла спать, безумно довольная собой.
И не потому что помогла мальчонке, нет. Помогала я и раньше.
А потому что ни разу в смущении голову не опустила, ни разу не запнулась и не выдала страха и дрожи в руках. Интересно, сколько надо строить из себя сильную личность, чтобы наконец стать ей? В любом случае, сегодня я справилась.
А что будет завтра… Да не важно, и с будущими проблемами справимся.
— Деревенские не поймут, что мы за лечения начали деньги брать, — мама покачала головой.
— Это их проблемы, — отмахнулась я, собираясь к пациентке.
— Арника, ты не понимаешь! — воскликнула мама, пытаясь до меня донести свою точку зрения. — Если я буду брать монеты, вместо еды, то нам нечего будет есть!
— Кто тебе не даёт покупать? — поинтересовалась я, абсолютно спокойно.
— На Земле врач, ну пусть платной клиники, пропишет лекарства больному, больной идёт в аптеку, покупает, лечится. И потом совершенно спокойно продаёт продукты врачу и аптекарю. Это нормально. Думаю, в городах этого мира всё также. Или считаешь, что аптекарь обменивает лекарство на мясо?
— Конечно не считаю, — фыркнула мама. — Но это город. Там лавок много, в любую иди. А тут? А ну как откажутся люди продавать нам еду? Что тогда?
— Могут, — согласилась я.
— Но во-первых, у нас есть припасы на пару месяцев, с голода не умрем. Во-вторых, мы тоже можем отказаться лечить. Пусть лекаря ждут.
— Как это отказаться лечить? Да я же только угрожала!
— А я — нет, — резко ответила я. — Я даже не пытаюсь пугать людей. Да и ярмарка два раза в год не то, что надо, чтобы заработать. Тем более, травы стоят намного дешевле лекарств, которые мы из неё готовим.
— Да чтоб тебя! — возмутилась мама, сдаваясь. — Делай, что хочешь.