А я что? Колесо пятое? Выпил несколько стопок, чтобы свыкнуться с этой мыслью. Дальше как в тумане.
— Привет.
— Привет, Егор. — Элина сводит брови вместе, заглядывает в глаза. — Как ты?
Улыбаюсь широко. Заказываю кофе.
— Я прекрасно. Как ты? — парирую.
Прикол. Ее глаза по-прежнему близкие и родные. Эля мне все еще нравится, и в этом огромная проблема. Влюбился за какой-то месяц, надо же.
Пытаюсь продолжать улыбаться.
— Я... бывало и лучше. Денечек сегодня... — говорит она, чуть наклонив голову.
В голосе я улавливаю нотки неловкости.
Эля будто бы тоже переживает. Хорошо. Может, не только мне все время подохнуть хочется.
— Что-то случилось? Расскажи.
Нам приносят напитки. Она обхватывает губами трубочку молочного коктейля, пьет.
— Да. Но я не уверена, что стоит обсуждать это с тобой, — бормочет неуверенно.
— Платону надоело с тобой встречаться?
Элина вдруг так сильно краснеет, что я прикусываю язык. На ее лице отражается паника, в будто волшебных глазах мелькает настоящий ужас. Пульс ускоряется от зависти и ревности, и сквозь глухие быстрые удары осознаю четко и ясно — она влюблена в моего брата.
По-настоящему.
И разумеется, она не должна догадаться, как меня разрывает изнутри.
— Нет. Вроде бы все нормально.
— Людмила Михайловна, значит, — говорю я. — И как вы с ней?
Эля поднимает ладонь и качает ею в воздухе. Нахмурившись, закусывает губу. Это смешно. Она всегда меня смешила своими реакциями, и я ощущаю новую волну раздражения. Перевожу глаза на сахарницу в виде кота.
Я просто не могу с собой справиться.
— Ну, думаю, к ней нужен подход, — замечаю.
— Какой же? Поделишься? Плачу сотку.
— Ха! Сотку. Поцелуешь — расскажу. Шучу.
— Как твой сын? Людмила Михайловна сказала, он недавно болел."
"— Да, возили его в больницу. Спасибо, все в порядке. Вылечили пацана, стал лучше прежнего.
Что тут еще добавить? Хотелось бы кому-то не чужому рассказать, что моя бывшая нашла себе нового ебаря, который таскает моего сына на руках. И отчего-то осознать и принять это не получается.
Мама советует отдалиться и вообще не лезть, пусть живут сами. Платить алименты, раз я, лошара, согласился. Но не могу я так. Когда вез его на днях в больницу, потом держал на руках горячего, столько эмоций через себя пропустил, что часть из них в душу въелась. Сын капец как на меня похож. Советы оставить их семью в покое кажутся логичными, но неприемлемыми. А посоветоваться не с кем. Потому что никто из знакомых в такой ситуации не был.
