Если бы не это, я бы уже остался без рук: медбокс на этом корабле не был для меня предусмотрен.
Собрав волю в кулак, я провел левым мизинцем по сенсорной панели спейшера, открывая меню. Это был единственный палец на руках, который не болел. Экран моргнул, превращаясь в таблицу с файлами. Так, что тут у нас…"
"Пролистав несколько ничего не значащих файлов, открытых наугад, я наткнулся на золотую жилу. Маленький неприметный файлик с пометкой ""зонг"" – личное – оказался настоящим кладезем информации. Я не поверил своим глазам.
Эта сумасшедшая женщина вела дневник!
37. Дневник Лимары
16 мальтиса 582 года правления династии Айрокан (9787 год по общему летоисчислению)
Я – дочь Лесварры, Лимара Амрина Диффан, подданная императрицы Виантис, и здесь настоящая история моей жизни.
Я родилась и выросла на Лесварре, в семье богатой аджани и ни в чем не знала отказа. Как и всех девочек в нашем обществе, меня холили и лелеяли. Мать дала мне прекрасное образование, меня всегда окружала раболепная покорность мужчин.
Всегда, пока мне не исполнилось восемнадцать.
В мой восемнадцатый день рождения мать решила сделать мне особый подарок. Вместе с младшей сестрой и пятью кузинами мы отправились на Никалис – планету-курорт, знаменитую на весь Мириадор своими цветными фонтанами и кислородными морями. Но добраться туда нам было не суждено. На третий день пути наш лайнер подвергся вооруженному нападению. Это стало началом конца Амрины Диффан.
Нападавшими оказались беглые каторжники-симаррцы.
Как мне стало известно намного позже, они перебили охрану рудника, на котором отрабатывали повинность, угнали корабль и начали промышлять пиратством на торговых путях.
В это время отношения между нашими планетами трещали по швам, многие были убеждены, что война уже неотвратима и считали торны до ее начала. И потому, напавшие на нас озлобленные симаррцы не щадили ни стариков, ни детей. Худые, заросшие колючей щетиной, с голодными дикими глазами, они перебили весь экипаж, а пассажиров согнали в главный зал.
Я до сих пор помню, как под дулами андвайзеров они заставили нас разделиться на три группы. В первую попали старики, во вторую – лесварра среднего возраста и молодежь, в третью – дети. Мои кузины рыдали взахлеб, когда их силой отрывали от родителей и за волосы тащили по затоптанному полу. Отца одной из них, накинувшегося на пиратов с кулаками, расстреляли на месте. Такая же участь постигла всех, кто посмел сопротивляться захватчикам.
