Быстро метнувшись на перрон, он перебежал к нише дверей станционного здания и взмахом руки позвал Путко. Тот, прикрывая собой ребенка, выбрался из-под вагонов и через несколько секунд оказался рядом с капитаном. Девочка на руках Макара притихла, только время от времени слабо всхлипывала.
— Держись, — сразу обоим улыбнулся Антон.
Вскинув автомат, он ударом ноги распахнул двери и дал длинную очередь. Полетели щепки от буфетной стойки, за которой сидел немецкий телефонист, шарахнулись к стене согнанные люди, уронил карабин стоявший у противоположных дверей охранник и начал валиться на пол; бинтовавший раненого солдата санитар поднял вверх дрожащие руки, а сидевший на стуле комендант метнулся к окну.
Вторая очередь сломала его пополам уже на подоконнике. Брызнули осколки выбитых пулями стекол, а Волков уже летел к другим дверям, выводившим на маленькую привокзальную площадь, распахнул их.
Через площадь, от домишек города, бежали к вокзалу несколько солдат, торопливо передергивая затворы карабинов.
— Возьмите! — обернувшись, Антон показал на лежавшего на полу Сорокина.
— Быстро через площадь и потом в разные стороны. Быстро! Макар, выводи людей!
Несколько женщин подхватили военврача и потащили следом за выскочившим из здания Макаром с девочкой на руках. Остальные бросились врассыпную.
— Скорее! — закричал Волков, дав очередь по немцам, бежавшим на площадь. — Влево, к садам!
Не ожидавшие боя солдаты отступили, ища укрытия.
Не переставая стрелять, Антон начал пятиться следом за убегавшими к садам людьми.
Вот они уже сломали забор, платья женщин замелькали между яблонь и слив, на ветвях которых завязались маленькие, еще зеленые плоды.
Отбросив замолчавший автомат — кончились патроны, — капитан побежал к пролому в заборе. Тонко пискнула у виска пуля, он метнулся в сторону, влетел в сад, догнал тащивших Сорокина женщин и, с трудом переводя дыхание, поторопил их:
— Скорее, бабоньки, скорее, милые!
Гудело за их спинами пламя, пожиравшее станцию, строчили немецкие автоматы, но в их хоре Антон уже не слышал знакомого звука ППШ Денисова.
Еще раз прощай, Александр Иванович!
Не в силах больше сдерживать нетерпение, разведчик сам подхватил на руки военврача и, сгибаясь под его тяжестью, побежал вперед. Сзади гулко топал сапогами Макар.
— Уходите! — просипел он женщинам. — Уходите!
Несколько минут они продирались сквозь колючие кусты крыжовника и малины, перебежали какую-то улочку, нырнули в приоткрытую калитку и снова пробирались через сад.
