Было заметно, что желание в нем борется с благородством. А я хотела услышать искренний ответ.
Я хотела, чтобы он сказал, как сильно хочет меня.
Наверное, я тоже его хочу, просто еще не понимаю этого. Увы, мой опыт в любовных делах пока ограничивается одними лишь поцелуями и то, подаренными исключительно супругом. Умом понимаю, что ему, уже вкусившему плотской страсти до нашей встречи, труднее справиться с собой. Я же пока, судя по всему, пока не знаю, что теряю.
- Нет, - хрипло прошептал Бен.
– Боюсь, что если ты скажешь, что еще не готова, я приму этот ответ, но сойду с ума от мысли, что мне снова придется запретить себе прикасаться к тебе. Это немыслимо, это больно, это разрывает меня на части!
- Тогда не останавливайся, - решительно прошептала в ответ.
Услышав мои слова, Бен застыл, словно одна из статуй в Штормовом пределе. Я даже усомнилась, услышал ли он мой ответ, понял ли его. Но тут Кэшем с глухим стоном уткнулся в мои волосы лицом, закрыв на миг глаза, а затем, через удар сердца, понес меня прочь от лестницы, на которой мы целовались, словно тайные любовники, прочь, к нашей спальне.
И я, обхватив его шею руками, пыталась подавить волнение и, что уж скрывать, толику страха, но прекрасно понимала, что не изменю своему решению.
Сегодня между нами будет все, что может быть между мужем и женой. И я не отступлюсь, потому что безумно люблю этого мужчину, своего мужа. И никто на свете не запретит мне получить свое счастье теперь, когда я решилась.
В нашу общую спальню мы не вошли, ворвались. Бен едва не выбил дверь ударом ноги. Я тихо рассмеялась, ощущая его нетерпение, а затем Кэшем, с неожиданной нежностью, опустил меня на супружеское ложе и вернувшись к двери, закрыл ее на засов.
Никто нам не помешает. Это наша ночь. Первая брачная, которая должна была состояться уже давно. И я не жалею, что мы не спешили, потому что теперь я была готова принять Бенедикта.
Потому что теперь, осознав всю глубину своего чувства к этому невероятному мужчине, я была готова разделить с ним жизнь и пройти ее до конца.
- Аврора, - Бен вернулся ко мне, опустился на кровать рядом, глядя так обжигающе жадно, что мне стало жарко в своем платье.
Ничего не ответив, протянула руки и неумело стащила с мужа камзол, при этом пристально глядя ему в глаза.
Бену моя настойчивость понравилась.
