А оцепеневший Амбраху упал на колени:
— Пощадите, ваше величество! Наше племя не сможет обитать на Альтейне. Там нет никакой жизни…
— Там есть флора, но нет фауны. И это для вас самый приемлемый вариант. Амбраху, — устало повторил Драго. — Твои люди перешли с растительной пищи на животную, преступив через мои законы. Сначала в пищу шли маленькие птички, потом настал черед млекопитающих. Я дал вам возможность остановиться, помнишь?
Амбраху понуро кивнул."
"— Но ты пренебрег моим мнением, — продолжал Драго.
— Но не так давно вы перешли на людей и начали их пожирать с удвоенной скоростью. Твои соплеменники даже имеют наглость проникать в мой дом и тут устраивать охоту на моих гостей…
— Не наказывай всех. Прошу тебя! — стал умолять Амбраху.
— Нет, я говорил тебе в последний раз, что не потерплю людоедов на своей планете. И не надоедай мне, стун, а то я изменю решение.
— Когда приговор вступает в силу? — обреченно проблеял Амбраху.
— Сейчас, — отрезал Драго, поморщившись, и махнул рукой, словно сделал знак убираться.
12
Все закончилось. Исчезли «Фуко» и Амбраху. Люди Драго молча взирали на своего повелителя, ожидая разрешения расходиться.
Но Драго поднял правую руку, призывая к полной тишине. Голоса в оранжерее моментально стихли, и Анна услышала, как где — то капает вода, и стучит по стеклу случайно залетевшая муха.
Голос Драго внезапно стал резким и воинственным.
— Вы все собрались здесь, чтобы почтить своим присутствием наше с Анной бракосочетание. Но сегодняшние события заставляют меня поторопиться.
Я обязан защитить мою женщину. Ритуал состоится через пять часов в геральдическом зале нижней части замка.
Послышались возмущенный ропот и возгласы.
Драго снова поднял руку, и тут же установилась полная тишина.
— Времени подготовиться достаточно. Нет нужды устраивать что — то помпезное, нам подойдет и скромная церемония.
Анна во все глаза смотрела на Кэлоджеро, отдающего приказания о свадьбе, и чувствовала, как злость опять закипает в ней. Драго снова решил все сам, даже не поинтересовавшись ее мнением.
Его рука держала ее, как свою собственность…
Его пальцы прошлись вдоль спины и вернулись к шее, пробежав по ней с искусством виртуоза, потом оказались на щеке. Драго провел костяшками пальцев по нежной коже, заставляя Анну посмотреть на него:
— Ну — ну, малыш! Прекрати сердиться, у нас будет время все обсудить.
Голос снова сделался мягким, глаза умоляли.
Драго поцеловал ее в лоб и поднял на руки.
