Жаль только, что об убийстве этой суки Ефимовой он узнал так поздно, мог бы уже два месяца радоваться. Кто-то перешел Филиппу дорогу, постарался… Ну и немудрено, такая мерзкая тварь, как Инна Викторовна, не одному Власову напакостила. Нашлось, кому с ней счеты свести. Главное – результат: ее больше нет. И можно дышать.
А то, что с Ганджумяном не все получилось, так это ничего. Урок ему преподали, а там пусть живет, как сможет.
Вот теперь настала очередь Владимира Власова выполнять свою часть договора. Уже послезавтра.
В субботу.
Его поймают сразу же, осудят и посадят.
Он это понимает.
Он готов.
* * *Гостей на шашлыки в дом Орехова ждали к 18 часам. В 17 часов, как и было договорено, Вадим Константинович пригласил в дом охранника, несущего вахту у въездных ворот, и стал неторопливо и сочувственно интересоваться здоровьем его тещи и школьной успеваемостью двух сыновей-подростков.
– Если что – сразу давай знать, – повторял Вадим Константинович, – с лечением поможем, ссуду тебе дам беспроцентную, заслужил хорошей работой.
И с больницей поможем, с врачами, с лекарствами. И с пацанами своими ты построже, не упусти, а то вырастут оболтусами, как мой Филипп.
За время этой душеспасительной беседы Ус провел на территорию через выходящую в лес калитку Настю Каменскую, Антона Сташиса, Романа Дзюбу и Федора Ульянцева, чтобы расставить их на заранее обдуманные и подготовленные позиции.
– Ну что, любовь моя, – шутливо проговорил Олег Семенович, – выбирай себе кавалера. Отдельной точки для тебя у меня нет.
Настя быстро обвела глазами оперативников. Ульянцев явно не годился ей для компании, он чужой, она его совсем не знает. Да и он будет ее стесняться. Антон давно и хорошо знаком, но ей отчего-то милее рыжий Ромчик со своей неуемной фантазией, неистощимой любознательностью и поистине нечеловеческим упрямством."
"Усиков развел их по местам и каждому вручил дисплей, на который транслировалось изображение со всех установленных им камер – только кнопку переключай, а также маленькие наушники, позволяющие слышать то, что будет происходить в беседке и вокруг нее на расстоянии примерно десяти метров.
Если кто-то отойдет дальше этих десяти метров, его речь слышна не будет.
– Чем богаты, – развел руками Ус. – Спасибо, хоть это раздобыли. И постарайтесь, пожалуйста, поменьше шевелиться и не трепаться, я уже говорил: наши гости любят пошататься по участку.
Ус ушел, охранник вышел из дома и занял свой привычный пост у главных ворот, оставалось только ждать.
