И Антона вовлекать в это тоже нельзя, потому что в любой момент рядом с Ореховым может появиться Власов, а Власов Антона знает. Короче, здесь мы Ульянцеву ничем помочь не можем, так что вся надежда только на него самого. Но если у Федора что-то не будет получаться, ты мне перезвони, ладно? Я тогда к своему шефу обращусь, у нас пара-тройка «топальщиков» в конторе есть, и если Кирган согласится платить…
– Он согласится, – горячо заверил ее Роман.
* * *Ох, как же не любил следователь Баглаев такие разговоры! Но профессиональная честь не позволяла ему перекладывать неприятную работу на адвоката, хотя многие именно так и поступают.
Они вместе поехали в следственный изолятор, куда Баглаев предварительно позвонил, попросив организовать ему допросную к определенному часу. Это вот адвокаты пусть сидят часами в очередях, ожидая, пока освободится комната, а следователь время терять не может, он на государственной службе.
Ламзин выглядел неплохо, во всяком случае, сломленным и упавшим духом не казался.
– Валерий Петрович, – начал Баглаев без длинных предисловий, предпочитая побыстрее разделаться с неприятной частью разговора, – я в присутствии вашего адвоката приношу вам свои извинения. Я совершил ошибку, и теперь я ее признаю. У следствия появились убедительные доказательства вашей непричастности к убийству Михаила Болтенкова.
– Значит, меня выпустят? Когда? – сразу же спросил Ламзин.
Он не был сильно удивлен, даже как будто ждал чего-то подобного. Он знал о своей невиновности и был уверен, что рано или поздно правда будет доказана."
"И вот тут начиналось самое неприятное.
– Вас обязательно выпустят, Валерий Петрович, – мягко сказал следователь. – Но не сейчас. Дело в том, что следствие столкнулось с очень опасным и предусмотрительным преступником, который может узнать о том, что вас освободили, и изменить свои планы. Сейчас, когда он уверен, что его никто не ищет и даже не подозревает, он составил определенный план, и если мы верно просчитали ход его мыслей, мы сможем взять его с поличным и доказать его вину.
Как только он поймет, что в вашу виновность следствие не верит и начинает искать другого обвиняемого, он может затаиться, а потом изменить план, и мы уже не узнаем, каким он будет, понимаете? Он уйдет от наказания. Мы не сможем доказать его вину.
