Бред какой-то… Такого просто не может быть! Он внимательно и медленно перечитал еще раз и убедился, что никакой ошибки нет:
«К трудовой деятельности в сфере образования, воспитания, развития несовершеннолетних, организации их отдыха и оздоровления, медицинского обеспечения, социальной защиты и социального обслуживания, в сфере детско-юношеского спорта, культуры и искусства с участием несовершеннолетних не допускаются лица, имеющие или имевшие судимость, подвергающиеся или подвергавшиеся уголовному преследованию (за исключением лиц, уголовное преследование в отношении которых прекращено по реабилитирующим основаниям) за преступления против жизни и здоровья, свободы, чести и достоинства личности (за исключением незаконного помещения в психиатрический стационар, клеветы и оскорбления), половой неприкосновенности и половой свободы личности, против семьи и несовершеннолетних, здоровья населения и общественной нравственности, а также против общественной безопасности».
Ничего себе! Как такое возможно? Выходит, директор был прав, когда говорил, что ворам, мошенникам и расхитителям по этому закону разрешено работать с детьми и подростками… А он, Дзюба, думал, честно говоря, что директор просто плохо разобрался в тексте закона.
Нет, ну каковы законодатели, а? Хоть бы сроки какие-то указали, не говоря уже о перечне преступлений… И что вот теперь, если кто-то сорок лет назад нахулиганил и разбил окно, будучи несовершеннолетним, и дело возбудили, а потом прекратили ввиду малозначительности, то есть по тем самым нереабилитирующим основаниям, то сегодня этот взрослый и, возможно, вполне достойный человек, ставший врачом, не имеет права лечить детей? В законе этом чудовищном ясно сказано: принеси справку из органа внутренних дел, и если в ней написано не то, что надо, то трудовой договор заключен быть не может, а уже заключенный ранее трудовой договор подлежит прекращению по обстоятельствам, не зависящим от воли сторон.
Вероятно, вся гамма чувств так выразительно отражалась на лице Дзюбы, что директор наконец перестал видеть в полицейском врага и смягчился.
"
"– Понимаете, в какую ловушку мы все попали? И сделать ничего нельзя, Федерация настаивала на безусловном исполнении закона. Формально они правы. А как мне объяснить все это детям и их родителям? Видели толпу в коридоре? Это вот они, решили меня измором взять, как будто я что-то могу изменить. Все, что мог, я уже сделал. И от петиции их толку не будет.
Поблагодарив директора, Дзюба отправился искать Федора.
