Спустя меньше часа, после того как прозвенел горн, у выхода из леса собралось не меньше семи тысяч адептов. Перед рядами уставших, изнеможённых, со следами битв на телах, претендентов уже стоял старик ректор школы “Святого Неба”.
Компания ему составляли судьи.
Именно они и начали монотонный процесс сбора медальонов. В итоге средним количеством на одного адепта приходилось три медальона.
Разумеется находились и уникумы. К примеру тот же самый Ларис. Он принес сразу пять медальонов. Но, к удивлению многих, он не оказался лидером по количеству “сувениров”.
Им оказался никто иной, как старший наследник Тарезов. Его Хаджар видел впервые в жизни. И, если что-то в нем и бросалось в глаза, то это абсолютно неестественный, кроваво-алый цвет волос.
Присмотревшись, Хаджар мог поклясться, что увидел, как между его локонами пробежала алая искра энергии. Энергии, которую сложно было с чем-то спутать.
Особенно после инцидента с осколком души Горшечника.
Высокий, но какой-то нескладный и слегка дерганный Тарез принес сразу девять медальонов.
По рядам адептов пронеслись шепотки.
Если успех Лариса в какой-то мере обуславливался наличием отряда прихлебателей, то Тарез участвовал в одиночку.
– Ты что-нибудь слышал о его тренировках? – шепнул Хаджар своему другу.
Эйнен отрицательно “покачал” головой.
– Понял, – вздохнул Хаджар.
– Вряд ли, – островитянин обратил взор своих нечеловеческих, фиолетовых глаз на наследника аристократии. – Я ничего о них не слышал, потому что –их не было.
– Это как?
– А вот так, – “развел руками” Эйнен. При этом его ладони все так же были вытянуты по швам. – Тарез все эти два года кутил в лучших заведениях Даанатана. А о количестве дев, которые побывали в его постели, до сих пор ходят слухи. Некоторые даже ставки делают.
– То есть ты хочешь сказать, что этот парень два года валял дурака, а затем в одиночку прошел через лес Озера Грез и принес девять медальонов?
– Именно так."
"Хаджар выругался. Довольно-таки грязно.
После этого из общей толпы выдялелилось еще несколько одиночек. Они принесли от четырех до шести медальонов. И, скорее всего, принадлежали к тем гениям, которые воспитывались своими учителями в уединении от суеты большого мира боевых искусств.
Такие напрягали адептов Империи даже больше, чем известные ученики крупных боевых школ. От последних хотя бы было известно, чего ожидать. В то время как эти юноши и девушки являлись для всех абсолютной загадкой.
