Нужно им воспользоваться только ради того, чтобы не опозориться. «А потом вылить на голову козлу!» – подумал Женя и хмыкнул. Заняться все равно было нечем, и парень начал придумывать различные планы мести – от простых до изощренных. Постепенно в голове замелькали воспоминания из недалекого детства. Он не мог припомнить абсолютно ничего негативного о Максе. В его памяти плотно засел образ любящего и заботливого человека. Даже грубого слова от него никогда не слышал. Какой же обманчивой может быть внешность! И что изменилось? Почему крестный стал таким? Женя не смог подобрать определение, каким именно, потому что лицо с правильными чертами не выглядело злым: на нем была мягкая улыбка, голос звучал заботливо, только глаза стали непроницаемыми.
Вспомнилась старая обида на Макса за то, что он так резко перестал приезжать. Может, изменившиеся пристрастия и послужили тому причиной? А ведь он психолог! Как крестный может лечить людей, если сам больной на всю голову?!"
"Пока Женя чуть ли не впервые в своей жизни анализировал сложившуюся ситуацию и свое незавидное положение, Макс уже готовил ужин и старался вообще ни о чем не думать.
Ночью он поддался порыву, едва ли соображая, что делает. Теперь же полностью осознал, что натворил, но отступить не мог. Если он сейчас отпустит Женю, тот или задушит его подушкой ночью, или полицию вызовет, или натравит своих друзей – вариантов масса. Придется продолжать, пока тот действительно не научится беспрекословно его слушаться.
Их новое знакомство друг с другом было кратким, но этого ему хватило, чтобы понять: характер у крестника взрывной, а упрямство не хуже ослиного. Зная достаточно хорошо своего друга, он предполагал, что тот сам виноват в таком отношении к нему сына. И дело было даже не в том, что мальчика избаловали, скорее наоборот – отец не прислушался к сыну. Конечно, все родители хотят счастья своим детям (отдельные экземпляры не берутся в расчет) и чаще всего считают, что лучше знают, чего им нужно.
Стараются воплотить в них свои желания, уберечь от собственных ошибок, создают практически стерильные условия, начиная видеть в ребенке лишь объект и забывая о том, что он личность. Отцом Макс становиться не собирался, но выслушать мнение крестника было необходимо.
Покончив с нехитрой стряпней, мужчина взял другой поднос и вновь наполнил едой на двоих. Пройдя через двор, он вошел в темное помещение, зажег несколько бра и взглянул в чашу бассейна.
