По всем организационным и учебным вопросам обращайтесь непосредственно к ним. На этом все. До встречи на борту 'Этилгейл'. Кадеты, вольно! Разойтись!
Глава 1
Мы молча, под оглушительные аплодисменты зала и приветственные крики взошли на платформу и перенеслись к выходу. И лишь когда огромные резные двери захлопнулись за нашими спинами смогли выдохнуть и в недоумении уставились друг на друга.
– Чо это было? – выпалил Стасян.
– Насра… Насра… Нас радовать это должно! – начал было отвечать ему Жорка.
– Насра… Насра… – по привычке поддел его Стас, – ты, Жорка, теперь не просто Жоффрей, ты курсант ВЗА… А там твои каламбуры не правильно понять могут! Хотя ВЗА тоже звучит неоднозначно.
И отправили нас всех в ВЗА!
Напряжение последних двух месяцев спало окончательно и мы дружно рассмеялись.
– Предлагаю отметить это событие! – Хунька, как всегда, всех взбаламутит, а сама потом самая трезвая окажется, – Выпить и немедленно!
– Я не могу… – замялась я, – мне домой к Денису надо.
– К Денису, к Денису, – передразнила подруга, – да он тебя еще как минимум пять часов еще не ждет! И вообще, Алька, ты же живая была, веселая, а стала… Как с Истарховым своим связалась совсем от коллектива отбилась.
Летите же вместе! Успеете еще намиловаться.
– Не могу я, Хунь, – бросила умоляющий взгляд на подругу, – ребята, а давайте вечером, а? Сейчас по домам, а часиков в восемь в 'Пузатом боцмане', как в былые времена?
– Что с тобой поделать, раба любви, – рассмеялся Стас, – я за!
– Как ябу… Как ябу… – затараторил Жорик.
– Брат, – по-родственному похлопал Селедкина по плечу Погодин, – да ты совсем охальник. Выражается… При дамах…
– Да, иди ты! – отмахнулся Жорик, – как ябу… как я буду туда добираться? Я же не местный!
– Ах вот оно что, – понимающе усмехнулся Стас, – а я тебя заберу в 7.40 из общаги. Встретимся у входа, не опаздывай!"
"Погодин помахал нам рукой и поспешил к общественному телепорту. Жорик тоже, кивнув на прощание, побрел к зданию мужского общежития. А мы с Хунькой направились к стоянке личных флайкаров.
Транспорт конечно не из дешевых, но подруге, как представительнице и наследнице великого тентурийского аристократического семейства с совершенно непроизносимой фамилией было вполне по карману. А я, я беззастенчиво пользовалась подружкиными дивидендами, тем более, что жили мы с ней всегда рядом, а сейчас с Денисом снимали небольшую квартирку вообще в соседнем доме и нам было по пути.
– Аль, бросала бы ты уже своего Истархова, – завела привычную песню Хунька.
