Бесят! Это же надо, встретить изначальных, говорить с ними и ни черта не понять из того, что они говорили. Я проходила мимо настоящих сокровищ то и дела дотрагиваясь до какого-нибудь предмета.
– А что это за место? – спросила у голосов.
– Храм истины, – ответил мужчина.
– Обитель знания, – добавила женщина.
– Археологи уже знают, что под пирамидой есть древний храм, скоро люди придут к вам.
– Не придут, – раздалось в ответ.
– Почему?"
"– Сюда попасть сможет лишь тот, кто раскроет душу.
Достали! Не могу больше слушать этот бред.
Надо отсюда ноги делать, иначе я тоже скоро стану, как эти апаньяр. Дожила, уже с бестелесными голосами разговариваю. Может прихватить отсюда что-нибудь? Нееет… Заметят – стыда не оберешься.
– Уважаемые, – начала я издалека, – а как бы мне наверх попасть?
– Так же как пришла. Врата откроются тому, кто искренен.
– Понятно, спасибо, – я уже просто скрипела зубами от злости и тут мне на ум пришел еще один вопрос, – а почему, когда я пришла сюда, вы назвали меня ребенком апаньяр, а не человеческим?
– Люди… – выдохнула женщина, – раса-носитель нашего физического гена.
– Мы ваши потомки? – навострила ушки я.
– Не совсем. Лишь немногие. В некоторых из вас есть наши гены, потому что вы самый удобный генетический материал, хорошо приспосабливаетесь.
– В смысле? Человечество ваш эксперимент?
– Нет.
– Тогда я ничего не поняла из того, что вы мне сказали.
– Человечество носит гены многих рас, в том числе и апаньяр, – ответила женщина,
– в тебе есть наш ген.
– Вы хотите сказать, что люди могут скрещиваться с другими человекоподобными расами и иметь от них потомство? – воскликнула я.
– Со всеми. Удачный генетический материал, – подтвердил мужчина.
– Про детей от тентурийцев знаю… – задумчиво протянула я, – но вот про других…
– Их достаточно много. Разных, многих из которых люди не помнят.
– А я? Я же чистокровный человек! – в ответ раздался смех.
– Ребенок, в твоей крови сила апаньяр и слабость, наши чувства… – казалось, что говорившая женщина вздохнула, испытав грусть, – чувства… Ты такая, какими были мы.
Очень давно.
– Это прошлое твоего рода, дитя, твое прошлое, – подтвердил мужчина, – давнее, очень давнее. Тысячи поколений назад. Но есть и более позднее вмешательство чужих генов.
– Позднее? – удивленно выдохнула я, – вы хотите сказать, что в моей семье совсем недавно произошло смешение рас и я этого не знаю?
– Всего несколько поколений назад, – подтвердил мужской голос.
