Кто расхваливал кроссовки ярко-синего цвета на толстой зеленой подошве, которые Степа приобрел, когда отправился один в магазин?"
"Пошел он за шариковыми ручками и бумагой. Я пишу по старинке, мои рукописи в прямом смысле рукописи, они пишутся от руки. Домой Степа вернулся без канцелярских товаров, зато принес коробку.
– Смотри! – радостно заговорил он. – Давно хотел такие!
Он открыл картонную упаковку и вытащил обувь. Я на секунду онемела, а муж быстро продолжил:
– Легкие, удобные, красивые, недорогие! Как тебе?
Дурацкая обувь куплена, Степа счастлив как пятилетний малыш, который получил мороженое.
Стоило ли говорить, что страшнее я ничего в жизни не видела?
– Они прекрасны! – прощебетала я, думая, каким образом лишить жизни чудовищное приобретение.
Пару месяцев я молчала, глядя, как Степан Валерьевич щеголяет в сине-зеленых уродцах. Вот только терпение мое медленно иссякало. А потом поздней осенью супруг, выходя из машины, угодил в глубокую лужу. Домой он вошел босиком, сказал мне:
– Снял обувь и носки, оставил все снаружи на коврике.
Сейчас приведу себя в порядок и постираю кроссовки – они очень грязные! Запихну их в стиральную машину.
Меня охватило ликование – вот она, смерть страхолюдских штиблет! И как я поступила? Я, змея, кивнула:
– Правильная идея.
Степа, который никогда до того дня не включал стиральную машинку, поставил программу «предварительная стирка, основная стирка, отжим» и выбрал температуру девяносто градусов… Сказать вам, что он увидел в барабане через два с половиной часа, или вы сами уже догадались? Не очень красиво я себя повела, зато Степа больше не выглядит идиотом.
Я вздохнула. Тараканова, ты злая особа! Вот муж твой люстру не тронул. А мог ведь ее «случайно» разбить!
Следующий час мы перелистывали словарь. Простые имена отвергли сразу. Кот Сережа, Ваня, Петя, Андрей – это как-то не звучит. Потом нашли список кличек для животных, но опять ни одна не подошла.
От увлекательного занятия нас оторвал звонок в дверь. На пороге стояла Зинаида Васильевна, милая бабушка, которая живет на втором этаже.
– Ребятки, – затараторила она, – вы ведь завели котика, беленького, с глазками разноцветными?
– Да, – одновременно ответили мы.
– Грешок имею, курю, – продолжала пенсионерка, – дети запрещают, велят бросать. А как бросить, если стаж курильщицы у меня шестьдесят лет? В четырнадцать начала! Сын с невесткой уйдут – я в окошко дымлю. Так вот, сегодня стою у окна, гляжу – из подъезда котенок белый выходит, чистенький! Встал.
