— А-а-а? — удивленно распахивает глаза Садж.
— Заключенные, отбывающие наказание, не сидят целый день на койке и отдыхают, а трудятся в деревообрабатывающем цехе. А я всё считаю, калькулирую и оформляю документы по производству и отгрузке.
— М-да, такого мы еще не слышали, — выдает блондинчик, облокачиваясь на спинку кресла и осматривая меня так, будто только познакомились.
Пожимаю плечами без комментариев.
А что тут ответить?
Со всеми случается? Странно, у нас же в России каждый второй — бухгалтер.
Потому что каждый первый — менеджер, а каждый третий — юрист?
Глупости.
Судя по именам девчонок, их откуда угодно могло забросить. Из любой точки Земли.
А так как я любопытная до чесотки, обязательно всё выясню. И ту Кикимору болотную, что нас с Аей обидела, найду.
Глава 19
Где-то во дворце
- Ты уверена, что эта выскочка, только что свалившаяся нам на голову, не пострадала?
- Да, госпожа. Своими глазами видела, что жива-здорова осталась, — склоняет тёмную головку девчонка.
- Да как же так? Неужели Неул меня подвел?
- Он бы не посмел, Вы и сами это знаете.
- Да, знаю. Оттого и злюсь сильнее. Никому ничего доверить нельзя. В следующий раз сама решу проблему.
- Я всегда готова помочь.
- Хорошо. Понадобишься, скажу.
- Да, госпожа.
- А как мой любимый себя вёл? Бежал, сломя голову, спасать Избранную?
- Нет, был спокоен и невозмутим, как обычно. Словно ничего страшного не произошло.
- Да-а? Что ж, я рада это слышать.
* * *— Привет, подруга! — распахиваю дверь и захожу в покои Риды без стука.
Остаток ночи, после того как драконы меня покинули, и утро пролетели незаметно. Высплась от души и отдохнула. А заодно наметила план действий, чтобы поскорее разобраться во всем, что здесь происходит. Естественно, ближайшая соотечественница оказалась в нем на первом месте.
Как-никак, а почти своя, родная. Даже ""угрозы"" и ""наезды"", про которые рассказывала Ая, не удивили. Скорее юность напомнили, когда девчонки в школе из-за парней разборки устраивали.
Красотку замечаю на кровати. Лежит на животе, листает какой-то основательный по объему талмуд и таскает с большого блюда лачу.
— Э-э-э, привет, — тянет белоруска в ответ, разглядывая меня круглыми глазами.
— Чем занимаешься? — подхожу ближе.
— Да вот, книжку читаю.
— Молодец! Ученье — свет! — цитирую умную мысль Суворова.
Приближаюсь и без зазрения совести стаскиваю у нее из-под носа ту самую «белую вишню», что она ела.
