После поездки в Бейнбридж-холл он, как обычно, находился в расстроенных чувствах, поэтому, проигнорировав компьютер, сигнализирующий, что в электронной почте имеются непрочитанные сообщения, уселся за кухонный стол.
Вот уже пять лет он оставался мертвым. Знать, но не знать. Понимать и в то же время находиться в тупике.
Хаддад с горечью покачал головой. Ну что за дилемма!
Он огляделся. Вид этого жилья, раньше неизменно вдохновлявший и очищавший его, теперь утратил свою магию. Время пришло. То, что знал он, должны узнать другие.
Он должен подарить это откровение каждой душе, растоптанной накбой, — всем тем, у кого была отобрана их земля и жилище. И — евреям, перед которыми он был в долгу.
Право на правду имели все.
В первый раз, три месяца назад, у него это не получилось, поэтому вчера он снова потянулся к телефону.
Теперь, уже в третий раз, он набрал номер международной связи.
Малоун смотрел на дорогу, а Пэм тем временем все сильнее давила на газ. Машина летела по прибрежному шоссе на юг, по направлению к Копенгагену.
От «вольво» их отделяло примерно полмили. Малоун позволил нескольким машинам вклиниться между ними и постоянно предупреждал Пэм, чтобы она не подъезжала слишком близко.
— Я не шпион! — проговорила Пэм, не отводя глаз от шоссе. — У меня такое в первый раз!
— Разве на юридическом факультете этому не учат?
— Нет, Коттон! Этому учили тебя в твоей шпионской школе!
— Какая жалость, что такой шпионской школы не существует! Мне приходилось учиться всему этому уже в деле.
«Вольво» поехал быстрее, и Малоун подумал: уж не заметил ли стрелок погоню? Но затем он понял: машина всего лишь пытается обогнать другую. Пэм тоже попыталась прибавить газу, чтобы не отстать.
— Не надо! — жестко сказал Малоун. — Если он проверяется, то это особый прием с целью выяснить, нет ли за ним «хвоста». Я его вижу, так что езжай, как едешь.
— Я не сомневалась в том, что наука, полученная тобой в министерстве юстиции, окупится с лихвой.
Пытается шутить. Большая редкость для нее. Но Малоун оценил эту попытку снять напряжение. Он надеялся, что слежка принесет свои плоды. Гари должен находиться где-то поблизости. Ему нужен только один шанс, чтобы спасти мальчика!"
"Вскоре они добрались до пригородов датской столицы. Начались пробки. Теперь поток автомобилей тащился со скоростью черепахи. Стрелок маневрировал на запруженных улицах Шарлоттенлунда, въезжая в северные районы Копенгагена.
