— Я уже говорил вам, Стефани: я ничего об этом не знал. Но подобная практика закончена раз и навсегда. Как и в случае с Грином, от скандалов подобного рода страна может лишь проиграть. Поставим же на этом точку и двинемся дальше.
Стефани не была полностью уверена в непричастности к делишкам Дейли президента, но тем не менее она согласилась.
— О произошедшем никто никогда не узнает? — поинтересовалась Кассиопея.
Дэниелс сидел за рабочим столом, положив ноги на его край и откинувшись на спинку кресла.
— Ни единого слова.
В субботу подал в отставку вице-президент, сославшись на расхождения во взглядах с администрацией. На какие только ухищрения не шли журналисты, чтобы добиться от него дополнительных разъяснений, но он оставался для них недоступным.
— Вскоре, — сказал Дэниелс, — мой бывший вице-президент наверняка начнет раскручивать собственную персону. Между нами состоится немало публичных перепалок по поводу политики и всякого такого. Он может даже попытаться выдвинуть свою кандидатуру на следующих выборах, но меня эти драки не пугают.
Кстати о драках. Я хочу, чтобы вы приглядывали за орденом Золотого Руна. От этих ребят только и жди беды. Сегодня мы подрезали им крылья, но вскоре они снова оперятся.
— А израильтяне? — спросила Кассиопея. — Что с ними?
— Я обещал им, что никакие материалы из библиотеки никогда не будут обнародованы. О ее местонахождении знают только Коттон и его бывшая жена, но я даже об этом не собираюсь никому сообщать. Пусть это проклятое место остается спрятанным от всего мира.
— Дэниелс посмотрел на Стефани. — Вы с Хизер помирились?
— Вчера, на похоронах. Дейли ей действительно нравился. Она рассказала мне о Ларри некоторые вещи, о которых я даже не подозревала.
— Вот видите, вам не стоит быть столь категоричной. Грин приказал убить Дейли после того, как ознакомился с содержанием тех флэш-карт. Они указывали на наличие утечек, и Ларри решил заткнуть их. Хизер — отличный агент и прекрасно знает свое дело. Грин и вице-президент намеревались уничтожить Израиль.
Им было наплевать на всех, кроме самих себя. А вы думали, что проблема во мне.
Стефани улыбнулась.
— Я заблуждалась на ваш счет, господин президент.
Дэниелс взглянул на Кассиопею.
— А вы теперь вернетесь к строительству своего замка во Франции?
— Пожалуй, да. Я слишком долго отсутствовала, и мои служащие уже, наверное, начали волноваться.
— Если у вас такие же служащие, как у меня, они начнут волноваться только в том случае, если перестанут получать зарплату.
