— Почему бы мне все же не осмотреть дом? Так, на всякий случай?
— Потому что у меня нет времени на твои игры в войну, а от этого пистолета у тебя в руке меня в жар бросает. Ты с ним выглядишь еще более сексуально.
— Ах ты льстец! Так вот каким образом ты всегда добиваешься своего!
Последовало несколько секунд тишины, а затем — протестующий звук и приглушенный стон.
— Аккуратнее! Больно же!
Послышался звук расстегиваемой «молнии».
— Убери пистолет, — сказал Дейли.
Стефани услышала звук шагов вверх по лестнице.
— Не могу в это поверить! — проговорила она, повернувшись к Кассиопее.
— По крайней мере нам теперь известно, где они находятся.
Верное замечание, но после него Стефани почему-то не почувствовала себя более уютно.
— Надо проверить, — сказала она.
— Да оставь ты их в покое, — проговорила Кассиопея, крепко взяв ее за запястье.
В отличие от последних двенадцати часов, когда Стефани принимала, мягко говоря, сомнительные решения, сейчас она мыслила четко и ясно.
Звуки, которые она слышала — воркующие голоса, смех, скрип половиц, — не оставляли сомнений в том, для чего эта парочка заявилась в дом.
— Но что, черт возьми, все это означает? — вслух спросила она.
— А разве твое расследование не выявило, что они любовники? — осведомилась Кассиопея.
Стефани отрицательно мотнула головой.
— Нет. Должно быть, они сошлись недавно.
Кассиопея вышла в вестибюль. Стефани замешкалась и, наверное, только благодаря этому заметила пистолет, который совсем недавно Хизер Диксон тыкала ей в ребра.
Он лежал на стуле. Стефани взяла его и затем покинула логово Ларри Дейли.
Малоун еще раз взглянул на окно-розу, а затем посмотрел на часы. Без двадцати пять. Осень, значит, солнце пойдет к горизонту примерно через полтора часа.
— Это здание выстроено по оси запад — восток, — сказал он, обращаясь к Пэм, — и лучи вечернего солнца должны попадать в это окно. Нам нужно подняться к нему.
Еще раньше Малоун заметил дверцу со знаком в виде стрелки, указывающей путь на верхний клирос.
Подойдя к ней и открыв ее, он увидел широкую каменную лестницу, ведущую вверх, к изогнутому, как поверхность бочки, потолку, что делало ее похожей на тоннель."
"Они поднялись и оказались на верхнем клиросе. Тут стояли два ряда деревянных скамей с высокими спинками, обращенные друг к другу. На них был орнамент из фестонов и арабесок. Над скамьями были расположены фрески с изображениями апостолов.
