Торвальдсен почти видел, как мысли ворочаются в голове Маргарет. Она унаследовала скорее тяжеловесность своего отца-австрияка, нежели прусскую привлекательность своей матери. Не то чтобы та была записной красавицей — темноволосая, кареглазая женщина с тонким вздернутым носиком. Но вправе ли был судить о красоте он — со своим скрюченным позвоночником, всклокоченными волосами и побитой временем кожей. Иногда он думал о том, сколько у нее могло быть ухажеров, но сама мысль об этом казалась нелепой: эта женщина просто не могла принадлежать кому-то.
Она привыкла брать сама.
— Я последняя из рода Херманнов, — сказала Маргарет, попытавшись изобразить дружелюбную улыбку, но вместо этого у нее получилась гримаса раздражения.
— Значит ли это, что ты унаследуешь все это?
— Разумеется. А как же иначе?
Он пожал плечами.
— Не знаю, о чем думает твой отец. Лично я усвоил за свою жизнь одно: в этом мире не может быть никаких гарантий.
Намек ей явно не понравился, но Торвальдсен не дал ей времени обдумать ответ и спросил:
— Зачем твой отец пытался причинить вред этому мальчику?
Этот вопрос оказался для нее полной неожиданностью, и на ее лице появилось испуганное выражение.
Она явно не умела владеть собой с ледяным хладнокровием, свойственным ее отцу.
— Не пойму, о чем вы толкуете.
Странно! Может, Херманн не посвящает ее в свои планы?
— В таком случае ты, наверное, не знаешь и о том, чем занят die Klauen der Adler?
— Я за него не отвечаю… — начала она и осеклась, поняв, что проговорилась.
— Не переживай, дорогая. Я о нем знаю. Мне только хотелось узнать, знаешь ли о нем ты.
— Этот человек представляет собой серьезную проблему.
Теперь Торвальдсен понял: эта женщина не задействована в планах Херманна. Слишком уж свободно она выдает информацию.
— По этому пункту я целиком с тобой согласен. Но, как ты правильно сказала, мы с тобой за него не в ответе. За него отвечает Круг.
— Я и не знала, что членам ордена о нем известно.
— А вот я знаю много чего. В частности, о том, что делает твой отец.
Это тоже является проблемой."
"Маргарет уловила в его тоне обвиняющие нотки. И на ее мясистом лице появилась нервная улыбка.
— Не забывай, где ты находишься, Хенрик. Это территория Херманнов. Здесь хозяева — мы. Так что не веди себя так нагло.
— Интересное замечание. Попытаюсь не забыть.
— Я думаю, этот разговор тебе стоит закончить с моим отцом.
Она повернулась, чтобы уйти, и, как только она это сделала, Торвальдсен быстро взмахнул рукой.
