Услышать такое одной из самых прекрасных женщин Европы, этого многого стоит.
— Так уж и прекрасных? — Я улыбнулась. Всё же приятно слышать комплименты. Особенно из уст по настоящему красивых мужчин. А князь был красивый мужчина, пусть уже и убелённый благородной сединой."
"— Поверьте мне, принцесса. Я видел много высокородных дам. В том числе и инфант. И скажу не кривя душой, что ни одна из них, и это не лесть, с Вами, принцесса, и близко не сравняться. В Вас соединилось всё, красота, ум, природное благородство, честь, милосердие и жёсткость.
Невероятный коктейль. Вы умеете любить. Вы готовы отдать всё, ради тех, кто предан Вам. Это очень редкое качество для сильных мира сего. Ибо они привыкли жертвовать такими людьми, ради собственных интересов. Но только не Вы, принцесса. Ради своих людей, Вы готовы поступиться своими интересами. И умеете ненавидеть, до конца. И не успокоитесь пока не уничтожите своего врага. Именно эти качество притягивают к Вам людей. Вы даже сами можете ничего не делать, но те, кто предан Вам начинают формировать вокруг Вас Ваше окружение.
Вот и доказательство. Смотрите, что происходит.
Георг, глядя на князя усмехнулся и кивнул, подтверждая его слова.
— Князь, видите с кем танцует Ваша дочь? Не беспокойтесь, это Иван, один из моих самых лучших молодых офицеров. По происхождению князь. Так что, если Паула решит отдать ему своё сердце, не надо боятся. Урона чести семьи Малатеста не будет.
— Я не волнуюсь, принцесса. Я знаю, кто такой Васильчикофф. Я всё уже узнал о нём.
И знаю, что он очень достойный и благородный дворянин. И он не обидит мою дочь.
— За это можете не беспокоится. Я сама прослежу за Паулой. Тем более, она моя фрейлина и сержант-дама Корпуса. Я своих девочек никому в обиду не дам.
— Благодарю, Ваше… — Он взглянул мне в глаза, улыбнулся. — Ваше Величество. Я принял решение. Я согласен. Я готов стать Вашим генерал-капитаном флота.
— Не генерал-капитаном, князь, контр-адмиралом.
— Как пожелает Ваше величество.
Георг смотрел на князя Пандольфо.
Кивнул ему и тот кивнул в ответ. Похоже два старых, прожжённых волчары, приняли насчёт меня какое-то решение.
Я усмехнулась тоже. Тоже мне, царедворцы. Но пусть. Закрыла глаза и унеслась в свои воспоминания, как я прощалась с Великим Князем. Мы много накануне говорили с ним. Я видела, как он не хотел отпускать меня. Но я настаивала.
— Вась, успокойся. Я тебе обещаю и клянусь, что ни один мужчина не коснётся меня. Я принадлежу только тебе.
