Это тоже самое, что насильно девицу замуж выдавать, то есть, это тоже самое, что насильничать деву. А разве Господь наш благоволит такому?
Настоятельница, услышав последнее, замахала на меня руками.
— Господь с тобой, Царевна. Ты что такое говоришь? То есть, святотатство.
— То есть, это зло, сродни воровству и татьбе? — настоятельница в ужасе смотрела на меня. — Значит это так. За такое дыба положена. А потом топор палача. А если это связано ещё с лихоимством, то я не знаю, матушка игуменья. Вот я и хочу знать, есть ли здесь сговор между князем Борисом Остожским и ещё кем-то?
— Что ты, Царевна.
Какое лихоимство и татьба? Какой сговор?
— Умышленный сговор на воровство направленного против Государя. — Да ладно, чем больше жути нагоню, тем лучше. Тем более, князь Остожский… Знакомая фамилия. Где же я её видела или слышала?.. Вот, чёрт, прости Господи. Фамилия Остожский встречается в опросных листах по делу князя Шуйского. Правда, вроде бы, причастность его к делам клана Шуйских доказать не удалось.
Остожский отскочил в тот раз. И я тогда, прочитав опросные листы и поняв, что претендент на дыбу не перспективен, забыла о нём. А сейчас я вспомнила. Как вовремя-то вспомнила. Значит к измене и мятежу не причастен? Ну это мы, явно, поторопились. Как в полиции говорят, дело отправлено на дополнительное расследование, в связи со вновь открывшимися обстоятельствами. А ещё, если вы до сих пор на свободе, это не ваша заслуга, это наша недоработка. А чего так матушка игуменья разволновалась? Даже с лица сбленули-с? Это очень все подозрительно.
Неужто сговор у неё с князюшкой? Она Ксению упакует в келью на веки вечные, а Бориска ей подгонит что-нибудь вкусное. Не хотелось бы в такое паскудство верить. Но посмотрим.
— Да ты что, милая моя? Какое воровство супротив Государя?
— А такое. В своё время князь Остожский упоминался в опросных листах Государевой службы безопасности, сиречь Разбойного приказа по делу князей Шуйских. Ты же, матушка настоятельница, слышала об этом деле? Вся Москва об этом тихо шепталась.
Слышала же, матушка?
— Слышала. — Выдавила она из себя.
— Вот. Там большое злодейство Шуйскими умышлялось. Престол Государей Московских под себя взять хотели, а Русь Святую под осман отдать, чтобы веру нашу православную они изничтожили и всех заставили принять ислам. — Я встала обошла игуменью. Она хотела повернуться за мной и ко мне лицом, но я не дала, взяв её за плечи. Стоя у неё за спиной, стала тихо говорить ей на ухо.
