— Так что, брат мой, если мы скажем, что Александра Багрянородная и Порфирородная Цесаревна, никто сильно возражать и не будет.
— Клаус, ну хорошо, если Александра станет королевой Ливонии, ты думаешь мы сможем управлять ей?
— Нет. Наоборот, я думаю… Нет, я даже уверен, что она своей волчьей хваткой возьмёт всех за горло. Но это и хорошо, Генрих. Ливонии не нужна слабая, легко управляемая королева или король. Наоборот, ей нужен сильный лидер. Только в этом залог того, что наше государство сможет устоять и даже стать сильным.
А не будет разорвано на куски другими хищниками. А их вокруг нас много, это шведы, поляки, Литва и Московия. Слабый монарх, это гарантированная смерть Ливонии. И знаешь, Генрих, если Александра согласится принять корону Ливонии, я первый принесу ей присягу верности."
"— Как ты Клаус сильно хочешь стать наследственным бароном, законным сеньором своего лена и войти в высший круг дворянского сословия.
— А кто не хочет, Генрих? Разве ты не хочешь?
Генрих промолчал. Ехал и думал.
Потом взглянул на своего помощника.
— Скажи, Клаус, это лично твоё мнение или…
— Или, Генрих. Я же тебе сказал многие ландсгерры готовы на то, чтобы, наконец, сменить Орден на королевство. Им надоело играть роль назначенных управляющих своих феодов, своих, как они считают, земель.
— Я тебя понял, Клаус. Но ты понимаешь, что это очень крамольные мысли. За это на плаху попасть можно.
— Можно. Но если ничего не делать, то Ливонский Орден разорвут на куски. А мы лишимся своих земель.
Так как на это место придут другие хищники и заберут их. А я не хочу, Генрих. У меня уже сыну 15 лет, старшему. А есть ещё двое младших и две дочери, совсем ещё крохи. Ноя тоже должен их обеспечить достойно и выдать за благородных синьоров замуж. А это значит, что у них должно быть хорошее приданное. А где я его возьму? А с Александрой Комниной, я уверен, мы это получим и Ливония даже прирастёт землями. И многие ландсгерры хотят того же самого. Просто до настоящего времени мы ещё не определились, кто будет монархом.
А сейчас, я считаю, определятся. И вопрос, Генрих, будет стоять так, ты с нами или нет?
— А что с Магистром?
— Магистр больше тяготеет к империи.
— Тогда может нам лучше пойти под руку Максимилиана?
— Нет. Мы вроде бы являемся его вассалами и что? Империя ни разу не оказала нам никакой помощи. Да и навряд ли император будет ввязываться в свару из-за нас с Литвой, поляками, шведами и руссами. У него и так своих проблем хватает.
