Кроме того, земли этого ландсгерра подверглись грабежу и насилию дикими кочевниками-степняками коих было, со слов выживших очевидцев, многие сотни, если не тысячи. Хотя реально их было две сотни. Это были татары Урусобы. Они ловили жителей, жгли дома, грабили всё подряд. Замок же самого ландсгерра был полностью вычищен под ноль, а в оконцовке, когда нападавшие уходили, замок не просто подожгли, но и взорвали. Погоня, посланная за ними, нарвалась на залп из пяти орудий шрапнелью и бомбами, а так же была атакована степняками.
Назад вернулось меньше половины."
"Претензия магистра, которую он предъявил сначала псковскому наместнику, так как нападавшие скрылись именно в его землях, вызвала у того полное недоумение. Он заявил, что ни о чём подобном не знает, но предпримет меры для поимки разбойников и татей лесных, ибо такой беспредел недопустим между цивилизованными людьми. На вопрос, откуда у лесных разбойников скорострельные и мобильные пушки, только пожал плечами и предложил, что это могли сделать имперцы или литвины с поляками, так как от этих нехристей всего можно ожидать.
При этом наместник нагло усмехался. Тогда послы магистра направились в Москву с жалобой. Но их, почему то, не сам Великий Князь принял, а принимала я, Принцесса Трапезундская, Византийская и Римская, Александра Комнина. Принимала на территории Корпуса, куда послов привезли под конвоем, но очень вежливо. На вопрос, что представители Ордена хотели бы встретиться с Его Величеством Великим Князем, я ответила, что Их Величества заняты.
И Государь Московский поручил мне разобраться с послами, а заодно выяснить вопросы связанные с Юрьевской данью.
В глазах Орденских послов всё выглядело следующим образом: выслушав претензию, Её Императорское Высочество тоже развела руками. Сказала, что обязательно разберётся с этим безобразием. А потом задала вопрос, когда Магистр оплатит дань за 12 лет по Юрьевскому соглашению от 1503 года от Рождества Христова заключённого с отцом нынешнего Московского правителя. Почему за 12 лет, послы не поняли, пояснив, что просрочили дань только за два года! На что Её Императорское Высочество ответила, что это пени и штрафы за просрочку.
Глядя на ничего не понимающих послов, принцесса села считать, на странном приборе, представлявшем собой деревянную прямоугольную рамку, в которой было закреплено десять металлических спиц. На каждой спице имелось по десять дискообразных «костяшек» из дерева, кроме одной, на которой было почему-то только четыре костяшки.
