Потом были другие награждения, в том числе я вручала награды погибших их родным. Сначала Василий не понимал, зачем? Но я сумела убедить его, что так тоже нужно. Запомнилась одна вдова. Её звали Прасковья. Когда я назвала имя и отчество её мужа, а так же место откуда он, сначала никто не вышел. В это время фамилии простые люди ещё не имели. Достаточно было назвать имя, отчество и дело, которым он занимался или место, где он проживал. Я опять назвала имя, отчество, чей он сын, и место откуда он. Наконец, из толпы родичей погибших, которые были приглашены на Красную площадь, какой-то отрок вывел за руку женщину.
Она шла за подростком и крестилась. Мальчишка подвёл её. Они поклонились мне в пояс.
— Матушка Царевна, вот Прасковья, жёнка Кузьмы, о котором ты говоришь.
— А ты кто будешь, добрый молодец? — Спросила я его.
— А я сын их, Фролом зовут, матушка Царевна.
— Значит Фрол Кузьмич?
— Истинно так, матушка Царевна.
Я посмотрела на Прасковью. Оба плохо одеты. Хотя о чём я? Многие выглядели не очень.
Но по этим двоим видно было, что не легко им живётся. А сейчас после гибели кормильца, совсем, наверное, плохо будет. Неожиданно она повалилась на колени.
— Прости, боярыня. Не знаю, чем прогневали тебя. Смилуйся над нами сирыми.
Я сначала даже опешила. Мальчишка, глядя на мать, тоже опустился на колени и стал креститься.
— Встаньте немедленно! — Сказала я громко. Но, наверное, этим испугала их ещё больше. К женщине с мальчишкой подскочили два подъячих. Подняли их. Я кивнула мужчинам.
— Да доблесть, мужество и отвагу, проявленную Кузьмой сыном Ильи, волей Государя, он награждается серебряной медалью «За отвагу».
— Посмотрела на Прасковью. — Я бы хотела сказать эти слова твоему мужу, Прасковья. Да нет его в живых. Отдал он жизнь свою, за тебя, за детей ваших, за Землю Русскую. Поэтому говорю тебе это. Благодарствую. Возьми Фрол, сын Кузьмы, награду отца своего. Храни её. Вот грамота Государева с его подписью и печатью. Никто не вправе у вас её отнять. А кто решится на такое, будет бит кнутом прилюдно и попадет в поруб.
— Я на всякий случай взяла с собой и несколько серебряных талеров. Они были в кармане моей парадной чобы. Развязала кошель с деньгами к этой награде. Положила туда дополнительно два серебряных талера. В это время это были большие деньги, а для таких людей, как Прасковья, вообще целое богатство. Вновь завязала кошель и протянула его женщине. — Возьми, Прасковья. Всё, чем можем.
Она видела, что я положила в кошель деньги.
