Пока шло построение стучали полковые барабаны. Когда построение было закончено, барабанщики, как по команде замолчали. Все ждали. Среди москвичей шли разговоры и гомон. Никто не знал для чего выстроилось войско и кадеты. Больше всего внимание было именно к кадетам. Ушлые торговцы во всю сновали в толпе, предлагая сбитень, квас, пироги со всевозможными начинками, булки и калачи. Наконец, появился Великий князь со свитой. Я ехала в этой свите. В парадной форме, уже не траурной, так как траур закончился.
Минуло больше года со дня смерти Ивана, и я отомстила за него. Великий Князь ехал верхом на коне, как и вся остальная свита. Прибыл митрополит в своём возке. По прибытию, покинул его. Народ стал молится. Митрополит перекрестил москвичей. Заняв место по середине, напротив выстроившихся полков, великокняжеская свита замерла.
— Александра, начинай. — Велел Государь. Я слезла с коня. Ко мне подбежал Государев дьяк с помощниками и со свитками, а так же с наградами. Притащили стол и лавку для дьяка и его писцов.
Они важно уселись и приготовились писать.
Я вышла вперёд. Тут же дядька Евсей прокричал во всё горло:
— Гарнизон! Корпус, становись… Равняйсь… Смирно!
Конечно, команду равняйсь и смирно, выполнили только кадеты и солдаты. Как вооруженные ружьями, так и пикинеры. Они знали, что это такое. Остальные, как стояли, так и продолжали стоять, не понимая. Но это ладно. Бог с ними. Мой зам по Корпусу строевым шагом подошёл ко мне приложив правую руку к виску, отдавая честь.
На голове дядьки Евсея был красивый кивер. Хорошо у старого волка получилось.
— Ваше превосходительство, госпожа генерал-майор. Царевна. Воины Московского гарнизона и Кремля, кадеты и солдаты Корпуса, а так же те, кто участвовал в битве на Дону построены.
Я тоже отдала честь. Прошла к рядам. Всё как полагается. Дядька Евсей шёл на полшага позади меня. Над всей Красной площадью опустилась тишина. Остановилась перед линией колонн.
— Здравствуйте, чудо-богатыри! — Громко крикнула приветствие, продолжая удерживать правую руку у виска.
На мне тоже был красивый кивер, надетый поверх белого шёлкового платка, укрывавшего мои волосы. Кадеты и солдаты сделали вдох и слитно ответили:
— Здравия желаем ваше высоко превосходительство!
Остальные воины гарнизона молчали. Они не знали, что говорить в таких случаях.
— Спасибо вам, русские чудо-богатыри, что защитили Святую Русь от поругания.
