Они вешаются на ногу и позволяют нарастить кость. Скажи, за что так тебя? — Дарёна опустила голову. Молчала. Ладно, не хочет говорить, пусть молчит.
Но сначала начнём со шрама. Народ узнал, что я хочу сделать Дарёну более красивой, убрать безобразный шрам на лице и ногу вылечить. Это Фрося разболтала, болтушка. Фросю сразу к себе вызвала.
— Ты чего языком свом чешешь, где не попадя? Ты хоть знаешь, что такое врачебная тайна?
Девчонка смотрела испуганно на мою злую физиономию. Побледнела.
— Прости, матушка-госпожа.
— Ещё раз, хоть кому-нибудь сболтнёшь, что я делаю и кому, выгоню тебя отсюда ко всем чертям собачьим. Нельзя всем рассказывать, как и что я делаю. Поняла?
— Поняла, царевна. Не вели сечь меня на конюшне.
— Ладно. Но смотри у меня.
Ленка сразу подкатила ко мне.
— Сань, ты что, пластическим хирургом поработать хочешь?
— А что такое?
— Может тогда и мне поможешь?
— А тебе то зачем?
— А мне грудь увеличишь.
— Ты совсем уже? У тебя что, грудь плохая?
— Маленькая. Второй размер.
— А ты какой хочешь?
— Хотя бы третий.
Прикинь как в купальнике смотреться буду.
— В каком купальнике и где, Лена?!
— Ну хорошо, не в купальнике!
— А чего третий? Давай сразу пятый. Очень круто. Сделаю тебе брусвер, как у этой, как её… У Кардашьян.
— Да ладно, Сань. Нафиг пятый, мне что, тачку перед собой потом катать, титьки свои возить?
— Ну а что? Зато представь, мужа на одну сиську положишь, второй прижмёшь. Никуда не денется.
— Очень смешно.
— А ты думала? Конечно смешно.
— А чем увеличивать будешь?
— Имплантом!
— Где ты имплант здесь возьмёшь?
— Гель мне сделай, а я им бычий мочевой пузырь надую.
Один пузырь на одну титьку, второй на вторую. Согласись, красавой станешь.
— С бычьими пузырями?
— Ну да.
— Классно поржали, да Сань?! — Мы обе засмеялись.
А на следующее утро я узнала, что сбежал Ян. Утром началась на подворье суета. Выглянула в окно. Там формировался конный отряд. Увидела Ивана.
— Ваня, что случилось? — Крикнула ему.
— Лях сбежал, сволочь. Я сразу говорил, ляхам верить нельзя, обманут.
Лживые они."
"Всадники выплеснулись за ворота, поскакали на паром. Вскоре растворились на том берегу в сбрасывающем листву лесе. Я не придала значения побегу Яна. Ну сбежал он и сбежал, да и бог с ним. Конечно, Вяземские не получат за него выкуп, но не обеднеют же из-за этого.
Подготовилась к операции. Дарёнка лежала на столе. Видно было, что волнуется.
— Не волнуйся, Дарёна. Сейчас ты уснёшь. А когда проснёшься, я уже всё сделаю.
