Где я всё им объяснила, особенно о строении зарядной каморы конической формы, куда закладывался пороховой заряд. Особенность состояла в том, что она была приспособлена была для картузного заряда, что ускоряло перезарядку и повышала скорострельность. Это было важным. Откуда знала? Всё очень просто. Мы бывали с отцом в военно-историческом музеи артиллерии, инженерных войск и связи в Питере. Папа мне рассказывал и ни раз, как развивалась русская артиллерия. С особой гордостью он рассказывал о тех артиллерийских системах, которые были изобретены русскими оружейниками.
Вот пушка «единорог» как раз и была изобретена в середине 18 века двумя русскими артиллеристами. На вооружение русской армии поставлена графом Шуваловым и все эти пушки имели герб графов Шуваловых — зверь-единорог. Поэтому их и назвали — «единороги».
Пушкари-литейщики вроде поняли принцип создания таких орудий. Очень надеялась, что они сделают то, что мне нужно. Я дала задание на изготовление именно полевых орудий. Для борьбы с пехотой, но в большей степени с кавалерией.
Так же договорилась и о ядрах, как полностью литых, так и пустотелых, для бомб. Очень надеялась, что Ленка мне всё-таки сделает тротил. А так же заказала картечь, объяснила, что я имею ввиду и какого размера она должна быть. По мимо всего, там же заказала изготовление лафетов под эти орудия. Общую схему таких лафетов я нарисовала. Причём с винтом Архимеда, для горизонтальной наводки ствола. Лафеты должны были быть мобильными, не такими массивными и тяжёлыми, как делали их сейчас.
Мастера чесали затылки, но обещали сделать. Конюхов заверил меня, что всё будет исполнено. Потом посчитали сколько это будет стоить. М-да, милитаризация стоит явно не дёшево. Но деньги были.
Закончила всё уже тогда, когда на Москву опустились сумерки. Всё это время моих сопровождающие таскались за мной по пятам. Или находились возле избы, если я заходила туда внутрь. Когда возвращались домой Иван спросил меня, что было в светлице у Великого Князя. Остальные тоже навострили уши. А я, дурёха, совсем не обратила внимания, что супруг, да и остальные хотели знать, что там было.
Сразу, как только покинула Грановитую палату, рванула к пушкарским избам.
— Саш, скажи, что там было?
— Где?
— У Государя?
— Разговаривали с ним. Потом поснедали. Он меня обедом угостил."
"— Ты вкушала яства с ним, за одним столом?
— Да. Он мне вина налил. Полусладкого. Гораздо вкуснее, чем у гишпанцев. У тех кислятина какая-то была.
— А о чём говорили?
— О лекарстве моём.
