Мало того, что он свободно отвечал на вопросы и абсолютно не смущался того факта, что беседует с императрицей, так еще и тема беседы все дальше и дальше уходила от первоначальной, становясь при этом все интересней и интересней.
— Ваше величество разумеется знает, что некоторые виды производства в империи находятся целиком и полностью в руках подданных Второго рейха. Например — электротехника, химическое производство, фармакология. И еще ряд других. Находя это неприемлемым, я заложил несколько заводов соответствующей направленности.
И тем самым вызвал серьезное недовольство вышеупомянутой мною публики. По правде говоря, мне даже приходила в голову мысль, что я несколько переоценил свои силы — у германской промышленности в империи большая поддержка, в то время как я полностью лишен оной.
Императрица в который раз задумалась, совершенно машинально перебирая жемчужные бусины на своей изящной шее. Немцев она не любила давно и прочно — в свое время, датской принцессе Марии Софии Фредерике Дагмаре очень хорошо объяснили, сколь много лишений претерпела ее маленькая родина от злобных тевтонов.
Насолить им, и одновременно помочь своей новой родине — заманчивая мысль, ее определенно стоит обдумать!
— И какой же образ действий вы собираетесь предпринять?
— Заводы в любом случае будут отстроены и начнут работать. Но… Мне бы не помешал хороший компаньон, в этом, и еще нескольких моих начинаниях.
Датская принцесса, ставшая русской императрицей, внутренне собралась — разговор становился ОЧЕНЬ интересным.
Разумеется, она наводила справки об молодом аристократе, столь внезапно подружившемся с ее сыном — и ей несколько раз говорили, что молодой Агренев никого не пускает в свое дело. Вообще никого. И вот такой намек! Даже не намек, а вполне конкретное предложение.
— К моему глубочайшему сожалению, великий князь Михаил Александрович еще слишком… Далек от подобных вопросов. Но я все же льщу себя надеждой, что когда-нибудь буду удостоен такой чести.
Взгляд и тончайшие оттенки в голосе сестрорецкого фабриканта говорили Дагмаре все, что так и осталось непроизнесенным: в качестве своего компаньона князь видит только саму императрицу, или ее младшего сына.
Кого иного за такую наглость ждало бы очень много неприятностей… Но не в этот раз. Позлить этих гадких немцев, и получить от этого несомненную пользу! Тут есть, над чем задуматься. Но торопиться не стоит — необходимо все взвесить, поговорить с кое-какими людьми, прощупать почву.
