— Ага, пуля дура, штык молодец — да, Степа?
Второй ""усопший"" присоединился к разговору, кое-как встав на карачки и потирая предплечье. Третий же просто перевернулся на бок, и не торопясь отклеиваться от землицы-матушки, философски заметил:
— Только в этот раз у него заместо штыка сапог был.
— Га-га-га!"
"В небе над гогочущими экспедиторами и их убийцей с отчетливым шипением пролетел зеленый фейерверк, и все тут же замолчали — в изогнутые коридоры пожаловало новое звено. Только теперь оно было не нападающими, а совсем даже наоборот — будущими невинными жертвами злобной агрессии князя Агренева.
Если только она удастся, эта самая агрессия. Осторожно шагая навстречу судьбе, Александр даже немного погадал — сколько народу в звене на этот раз? В любом случае, на такой подарок как стандартная тройка рассчитывать не приходилось — меньше чем впятером на него… Пардон, от него. В общем, никто об этом даже и не думал. Зато иногда баловали сюрпризами: пятеро с одного входа, четверо с другого, и в ""клещи"" — как говорится, все для родного командира, лишь бы он ножки свои лишний раз не трудил.
Чем дольше и дальше продвигался ""охотник"", тем медленнее становились его шаги, и тем больше он прислушивался. Не к звукам и шорохам, нет. К себе. Ловя малейшие проявления нового чувства, которое он затруднялся даже толком и обозвать. Даже, наверное, и не чувства, а… Предчувствия что ли? Непостоянного, весьма слабенького и оттого нежно лелеемого предчувствия опасности, появившегося в ответ на блуждание вслепую, все его предположения и домыслы, всю боль и травмы, в изобилии полученные за последний год.
Было ли оно наградой, или просто организму надоело систематическое измывательство над собой, Александр не знал — главное, что у него получилось. А мелочи?.. Над этим он подумает позднее. Пока же, чем ближе были его ""жертвы"", тем сильнее гулял по телу холодный сквознячок. Один поворот, другой, третий — тоненькая струйка предчувствия становилась все холоднее и холоднее…
Дуф-шлеп!
Дуф! Дуф-дуф!
Скользнув вплотную к ""убитому"", несколько картинно падающему навзничь, князь словно бы в раздражении дернул плечом — и кусочек воска (вернее, смеси много чего на восковой основе) только дернул рукав его куртки.
Еще один быстрый рывок, и второй экспедитор заслонил своей широченной спиной третьего, а заодно и прикрыл нападающего от его пуль.
