На такой сигнал точно кто-нибудь прибежит — не по должности, так хотя бы из любопытства.
Дах, дах!
Совещались экспедиторы очень тихо, выглядели при этом очень даже зловеще, поэтому неудивительно, что после первого же выстрела кое-кто из воришек не сдержал свои эмоции. Выразил он их вполне беззвучно, и только мощный запах… гм, страха, сильно озадачил работников оружейной компании — так озадачил, что первые мгновения они даже грешили на поганое ведро. Тем более что инструмент дознания сильно пострадал, обзавелся целой кучей вмятин и даже слегка сплющился — Игнат был очень настойчив в своем любопытстве.
Поняв, кто истинный виновник сортирного аромата, мужчины дружно сплюнули и не менее дружно переместились на пару шагов вбок. Ну и вполне закономерно, что пришло желание пошалить — так, саму малость. Подойдя поближе к сжавшимся от ужаса и ощущения неминуемой смерти ворам, младший экспедитор злобно оскалился и навел на них револьвер.
— Ну что, доходяги, пришел ваш смертный час!
Концентрация ""эмоций"" в воздухе резко подскочила.
— Ты что, разве ж можно так?"
"Лежащие на грязном снегу мужчины судорожно вздохнули, и с надеждой уставились на своего спасителя.
— Вот когда дальше начнем двигаться, по-быстрому их пристрелишь — и в вагон. А так еще прибежит кто, нас увидит. Оно нам надо?
Знали бы два приятеля, чем могут обернуться их шуточки…
Где-то в конце состава маневровый паровоз аккуратно, и почти что нежно ""приткнул"" к имеющимся тринадцати вагонам парочку дополнительных.
Ба-бах!
И от этой железнодорожной нежности от сцепки к сцепке пошел передаваться резкий толчок. По сути своей обычнейшая ерунда, сдвинувшая товарный вагон едва ли не на десяток сантиметров назад, имела самые неожиданные последствия: отделавшийся сломанной челюстью ""гость"" подскочил как ошпаренный, толкнул экспедитора на своих коллег по воровскому бизнесу и с похвальной резвостью кинулся наутек.
Дах!
И Демид, стрелявший исключительно в ногу, и беглец, решивший нырнуть под вагон, такого результата не хотели. А если бы знали — первый ни за что не стал бы стрелять, а второй… Второй и понять-то ничего не успел. Пустотелая пуля калибра девять миллиметров вместо его бедра вошла в затылок, слегка вильнула, сплющиваясь и раскрываясь корявой ""розочкой"", и тут же вышла, по дороге расплескав левый глаз и половину лба в придачу.
