Но начну издалека. Так получилось, что по ряду причин личного рода я уже не заинтересован в победе моей винтовки на конкурсе. Но отозвать свою «агрень», как вы понимаете, невозможно. Если бы вы не участвовали, я бы приложил все силы для победы в конкурсе и, несомненно, выиграл его, потому как не отдавать же первенство иностранцу? В связи с этим я предлагаю вам заключить меж нами соглашение.
– Милостивый государь, не извольте утруждать себя далее. Я, кажется, понял, к чему вы ведете, и мой отве…
– Не надо горячиться, прошу вас.
Сергей Иванович, право, вы очень спешите в своих выводах…
Скользя на самой грани входа в транс, Александр отвел взгляд немного в сторону и продолжил, неожиданно сменив тему:
– Ответьте мне честно, вы желаете для себя победы?
– Глупо было бы это отрицать!
Мосин, скрывая волнение, встал и подошел к верстаку, начав разбирать свою однозарядку.
– И я желаю вашей победы.
– Это не дает вам повода…
Осознав, что именно ему сказали, конструктор от неожиданности выронил затвор на пол.
– Простите, что вы сказали? Вы не могли бы повторить еще раз, а то я не вполне расслышал.
– В винтовке вашей системы заложен большой потенциал развития, она проста и надежна в обращении, очень технологична в производстве. Только господа из Оружейного отдела ГАУ этого еще не разглядели. Впрочем, как и всегда. Более того, я точно знаю, какие именно изменения надобно внести в конструкцию для того, чтобы у господина Нагана не осталось никаких шансов.
Знаю, а не предполагаю. Вы понимаете разницу?
Оружейник недоверчиво поглядел на поручика и наморщил в недоумении лоб.
– Но… позвольте, откуда вы можете это… а как же… вы?
– Я? В данный момент винтовка вашей системы есть наилучшее решение для Русской императорской армии, а следовательно… Я не страдаю грехом гордыни. А из «агрени» выйдет прекрасное оружие для охоты. Есть, знаете ли, некоторые наметки. Итак, ваш ответ?
– В чем суть вашего предложения?
– Вы с моей крайне незначительной помощью доведете свою винтовку до очень хороших кондиций и в кратчайшие сроки представите ее на суд Комиссии.
Детали мы можем обговорить позже, хотя должен заметить сразу – премия меня не интересует. Но, безусловно, некоторый коммерческий интерес присутствует. Обоюдовыгодный, прошу заметить. Итак?"
"Когда на следующий день в Ораниенбаум (наконец-то, и года не прошло) добрались высокие чины из Комиссии, они первым делом сильно удивились.
