Тетя достаточно спокойно приняла все изменения в своем племяннике и, когда расходились по комнатам по причине позднего времени, сама подошла и еще раз расцеловала, дрогнувшим голосом пробормотав напоследок:
– Вот бы Верочка порадовалась…"
"На следующий день они в полном составе навестили родовое поместье князя Агренева, полюбовались вблизи на богатый урожай травы и сорняков на полях, на одичавшие кусты смородины и малинника рядом с дорогой. Сама усадьба… если коротко – набор сырых и гнилых дров.
– Это что же, банк совсем не следит за своей собственностью?!
– Таких поместий с десяток по округе наберется, ежели не больше будет.
Ранее следили и землям пустовать не давали, да вот как-то забросили.
На обратном пути они сделали изрядный крюк и заехали в приходскую церковь, вернее, на кладбище при ней – поклониться могиле Веры Львовны, княгини Агреневой. Все это время Александр ждал хоть какого-нибудь проблеска-воспоминания, но увы и ах – не дождался ничего. В родовом поместье, на кладбище и даже при взгляде на памятник-крест на могиле приходилось изображать приличествующие моменту эмоции, полностью гася настоящие, и это не прибавляло ему хорошего настроения.
«И обманывать плохо, и правду сказать нельзя. Скорей бы все закончилось. Еще сестра двоюродная…»
Анна ему не то чтобы не глянулась, но на томно-загадочных или чересчур манерных девиц он вдоволь насмотрелся еще в Ченстохове. Или это так и положено – вести себя с родственником, как со слабознакомым человеком? М-да…
Узнав о том, что к помещице Лыковой приехал в отпуск ее племянник, и вроде как даже и холостой (не помолвленный ни с кем), тут же зашебуршились соседи, у которых были дочери подходящего возраста.
Словно сам собой организовался большой прием на свежем воздухе, на котором были представлены все сливки местного светского общества – то есть десяток семейств разного возраста. Слава богу, что вместе с дамами прибыли и их пожилые кавалеры. Они с легкостью согласились поделиться с молодым поручиком своим боевым прошлым.
Вернее, согласился один – остальные слушали без интереса (и наверняка не в первый раз), как когда-то воевал в горах Кавказа почтенный Исидор Карпыч. В отличие от остальных, молодой племянник Татьяны Львовны проявил неподдельный интерес и постоянно уточнял непонятные ему моменты. Тема разговора петляла, как след зайца на снегу, и вскоре про диких горцев забыли, переключившись на извивы гранд-политик – чем и воспользовались кружащие невдалеке (как акулы) гостьи.
