И вот результат: от роты охраны остался неполный взвод, береговое техническое обеспечение существует только на бумаге, личный состав урезан на три четверти… Некогда важная и чрезвычайно секретная воинская часть практически расформирована и агонизирует.
Особенно туго приходится зимой: чтобы поддерживать плюсовую температуру в реакторных отсеках, на лодках установили самодельные «козлы» — обрезки асбестовых труб, обмотанные толстой проволокой, какими обычно обогреваются строительные бытовки и от вида которых пожарники приходят в неистовство.
Когда Чижик впервые увидел раскаленную докрасна спираль сметанного на живую нитку «козла» возле силовой установки АПЛ, он чуть не упал в обморок. Сюда бы кого-нибудь из чиновников Госатомнадзора! Только что он скажет? Ведь если вода с ЖРО[24] замерзнет и разорвет трубопроводы, то произойдет Чернобыль №2… Поэтому куда большей угрозой, чем самодельные обогреватели, являются ежедневные плановые — для экономии электроэнергии — отключения света во всем районе.
— Куда, куда! — Дежурный мичман с красной повязкой на рукаве и штык-ножом у пояса преградил дорогу нескольким матросам, пытавшимся сразу же выйти с пирса.
— В душ, на переодевание и радиоконтроль!
— Да зачем оно надо… Двадцать раз переодеваться да в купалку бегать… А там вода холодная!
— Давай, давай, не умничай! — Мичман добавил несколько слов, обладающих особой силой убеждения. Нехотя матросики потянулись за остальными в санитарный блок.
Когда-то процедура выхода из зоны АПЛ была строгим и четко регламентированным обрядом.
Каждый член экипажа снимал синюю робу, все шовчики которой обследовал дотошный дозиметрист, потом проходил несколько ураганных водяных заслонов, сбивающих с тела даже микронные пылинки, и вновь попадал в руки уже другого, но не менее дотошного дозиметриста и лишь после этого получал допуск к своей обычной, «чистой» одежде. Но турникет на выходе из санпропускника поворачивался лишь после третьего, контрольного, замера, столь же тщательного, как и два предыдущих. Упростить процедуру было невозможно, да это и в голову не могло никому прийти: все понимали — с атомом шутки плохи!
Теперь от всех строгостей остался только слабый душик с чуть тепловатой водой да ручной дозиметр у дежурного мичмана.
Работали на лодках в обычной форме и, как подозревал Чижик, не всегда переодевались.
Капитан-лейтенант подошел к санпропускнику вплотную. Предотвратив неконтролируемый выход из радиационной зоны, мичман осмотрелся и, заметив начальника, направился к нему.