В этот раз сквозняк был таким сильным, что от холода по коже пробежали мурашки — я поправила на Кори одеяло.
Подняв взгляд, я увидела, что Марк сидит, схватившись за сердце. Даже в свете свечи было видно, как он побледнел.
Вздохнув, я неохотно села и с тоской посмотрела на такую уютную кровать.
— Пойдем со мной, — позвала я, нашаривая ступнями на ледяном полу туфли. — Пойдем-пойдем.
— Пойдем, — выдохнул Марк, — молиться, главное — молиться. А ты куда? Дверь не там!"
"— Да не нужна нам дверь, — отмахнулась я.
Она ведь была закрыта, так что дело не в ней. — Дай мне свечу, пожалуйста.
— А? Боже, да это… — не договорив, Марк закричал, когда в коридоре кто-то взывыл.
Ох, ну что ж он так…
Забрав из ледяной трясущейся руки подсвечник, я подошла к стене и принялась водить свечой вдоль нее.
Ничего, ничего, ничего… А, вот оно!
Огонек свечи почти погас от резкого порыва ветра и, присмотревшись, я увидела вверху небольшое окошко вентиляции за витой решеткой.
Вдруг оттуда дохнуло воздухом, воющий звук стал громче.
— Оно близко!
— Марк, это просто вентиляция, — возразила я.
Я снова посмотрела на решетку. Да, наши приютские истории о призраках брались не на пустом месте, там дом иногда выл даже громче. Так что у нас даже была своя байка про Кричащую леди, которая убивает каждую девочку, которая не в кровати после отбоя.
Предполагаю, что эту байку придумали воспитательницы, чтобы мы не шатались по ночам.
— Какая вентиляция? Что я, не знаю, как вентиляция в этом доме… В смысле, в любом доме звучит?
Я решила сделать вид, что не заметила оговорку.
— Раньше, может, все было в порядке, — вслух подумала я. — Но здесь ведь уже лет двадцать никто не живет, да?
— Ну, допустим. И что?
Я пожала плечами.
— Где-то в вентиляционные каналы попал мусор, потому воздух свистит, гуляет и воет, — вслух предположила я. — Может, еще и решетка где-то сломалась, отсюда скрежет и лязганье.
Словно подтверждая мои слова, в комнате прозвучал такой громкий вой, что впору было умереть от страха.
Было бы впору, если бы примерно в такой обстановке не прошло все мое детство. Мне, честно говоря, казалось, что этот звук даже уютный, примерно как грохот грозы за окном.
— Так это в обычных домах! — проворчал Марк. — А тут — поместье Амберов. Магией до самых камней напитано! Где это видано, чтобы в вентиляцию всякая ерунда залетала?
— Магия тоже изнашивается, даже такая. Особенно если здесь долго не жил никто из Амберов, на которых замкнута магия поместья.
