Я поежилась, представив такую дорогу с усталым и измотанным Кори на руках. Но все-таки… Кориан предлагает мне работу! Разве я могу отказаться?
Кажется, местные верят, что с этим домом что-то не так. Ничего удивительного, что экономка уволилась, многим в том доме не по себе. Я никогда там не была, но, кажется, год назад Кориан уже искал экономку. Видимо, та, что он нанял тогда, тоже сбежала.
— У меня ребенок.
— Ты отказываешься? — Кориан шагнул обратно в комнату. — Предупреждаю сразу.
Я два раза повторять не буду. Итак, твой ответ?
Мой ответ? Я смотрела ему в лицо, сердце колотилось, как сумасшедшее, — Кориан наверняка с его сверхъестественным чутьем слышал это. Интересно, о чем он думает? Что я его боюсь? Что терпеть не могу? Что хочу убраться подальше?
В любом из трех случаев — он попал в точку.
Сглотнув, я ответила:
— У меня ребенок. Я не могу его оставить здесь. Мне необходимо будет взять его с собой. В твой… в твой дом. Раз я должна буду там работать.
Мистер Бердс почти захрипел. К Первому советнику — и на ты. Еще и условия ставлю!
Я видела его побелевшее лицо только краем глаза, потому что не могла оторвать взгляд от Кориана.
«А разве во время церемонии не положено целовать невесту?» — вспомнила я свой неловкий вопрос после того, как священник объявил нас мужем и женой.
Щеки тут же загорелись, но я дернула головой. Я впервые выхожу замуж — еще и в таких идиотских обстоятельствах! Откуда мне знать, как здесь все устроено?
«В следующий раз, — после паузы откликнулся Кориан.
— Составь список того, что тебе нужно — отдашь экономке. Мы закончили? — обратился он к священнику. — Я должен вернуться к делам».
Я думала, в первую брачную ночь он тоже не придет ко мне в спальню. Но он пришел.
— Мне плевать, — отрезал Кориан, бросив короткий взгляд на Кори, — Можешь взять его с собой. А ты организуй все.
Последняя фраза была адресована мистеру Бердсу, который находился в состоянии, которое можно было бы назвать «предобморочным».
Когда Кориан вышел, мне показалось, что я до сих пор чувствую в духоте и затхлом воздухе комнаты его запах — мята и перец.
Повисла тишина. С соседних коек бездомные, такие же, как я, смотрели на меня настороженно, Кори теребил в руках любимую тряпичную игрушку, которую я наконец сообразила ему предложить.
Прижав сына к груди, я встала и подошла к окну.
