Им же надо было выглядеть, как народные мстители, которые вооружились, месть свершили, после чего гражданский вид снова приняли. Может, это было и правильно, а может, и нет, но делали именно так. А также выдали по ножу. Как пояснил инструктор, это немецкие траншейные ножи для тесных схваток в окопах. Но отрезать себе кусочек хлеба тоже можно. Ну и еду и бинт – на всякий случай.
Для одного члена группы провели еще занятие. Товарищ Артем в подполье в тылу Деникина много работал, обеспечивая разведывательной информацией красно-зеленых в окрестностях Новороссийска, но боевого опыта почти что не имел.
Егор же, наоборот, навоевался вволюшку, а вот к конспирации приучен не был. Поэтому все друг другу что-то показывали и рассказывали. Егору и Артему в итоге гранат не дали: Артем был еще недоучен, а Егор попросил пока ему не давать. Пользоваться ими не пришлось, а вот что осталось от казака, неудачно попытавшегося метнуть трофейную гранату, это он видел. Три четверти фунта мелинита рванули – и узнать покойника можно больше по тому, что лежит в карманах.
Гранаты тех лет и правда были очень опасными в обращении. Например, в 1921 году Харьковская дивизия ЧОН в стычках с бандами потеряла одного бойца убитым и двух ранеными, а при учебных упражнениях с гранатами одного убитым и одного раненым. Причем убитым был инструктор по гранатному делу. Ну и другие мелочи: русскую гранату образца 1914 года очень легко кинуть не готовой к взрыву, немецкие гранаты, полежав, легко отсыревают и не рвутся…
Задание озвучили уже на той стороне: надо было пугнуть или убить очень активного полицейского, который склонял крестьян сообщать, нет ли вокруг каких-то гостей из-за границы, которые агитируют за красную власть и на нее шпионят.
А в польской практике давно была внедрена процедура, что, когда на вербовку не соглашаются, продолжить «Уговоры» посредством плети, и угрожая бить, пока не сдохнет или не согласится. Польская норма была полсотни плетей.
Тогда информатор либо соглашался, либо терял сознание. Сей ретивый служака вообще-то трудился не здесь, но неподалеку, в починке, у него была любовница. Поэтому он совмещал приятное с полезным.
На той стороне их должен встретить разведчик, который следил за хатой Марыли, к которой должен был подвалить объект акции. Полицейский, как потом оказалось, явился с запозданием, возможно, он еще одну любовницу посетил.
